Продолжительный политический кризис в Кувейте: причины и решения

Это важная лекция, прочитанная братом Абдуллятифом ашШаттый, членом «Хизб-ут-Тахрир» в Кувейте. В ней он затронул реальные причины продолжительного политического кризиса в Кувейте, ограничив их двумя главными: претворением порочной демократии и иностранным вмешательством в эту страну. Брат не только ограничился причинами политического кризиса, но и охватил режимы Персидского залива и режимы в исламском мире, которые связаны с Западом. А что касается решения, то согласно его словам, оно кроется только в Исламе. И это решение не только для мусульман, а для всего мира. И это истина. В лекции приводилось: Для того, чтобы любая идея стала реальной, она нуждается в методе претворения. И методом претворения демократии являются выборы. Люди избирают для себя тех, кто представляет их в законодательном совете (они называют это парламентом или совещательным собранием). Этот орган представляет людей, их мнения и идеи.

Это практический метод демократии. Этот метод является причиной непродуктивности самой демократии, ибо она является системой правления, которая связана с капиталистической идеологией. Капиталистическая идеология имеет критерии, которые основываются на выгоде. То есть, любой человек совершает какое-то действие ради выгоды и воздерживается от него ради выгоды. Кандидат имеет критерии, строящиеся на выгоде, и избиратель тоже имеет такие же критерии. Он избирает на основе того, чтобы осуществить выгоду.

Кандидат также стремится осуществить выгоду либо для себя, либо для другого. В конечном счете, все связано с выгодами и интересами. А это означает, что выборы, по всей вероятности, создают людей, преследующих выгоду. И те, которые избирают, тоже преследуют выгоду.

Причиной непродуктивности демократии также являются выборы, ибо они не осуществляют наивысшие ценности и не создают людей, которые стремятся к наивысшим ценностям. Наивысшие ценности не имеются в демократии вовсе. В ней есть только люди, которые стремятся осуществить интересы и выгоды. В реальности мы замечаем, что на выборы идут только те, в ком укоренились критерии выгоды и интересов. Чем больше кандидат стремится к выгоде, тем труднее ему победить, потому что демократия формирует людей больше всех обладающих критериями выгоды в обществе.

Вопрос не связан только с выборами, а связан с тем, что вытекает из этих выборов. Верно то, что они сказали, что выборы являются практическим методом. Однако критерии поступков сделали демократию таковой, что она формирует только определенных людей. И здесь кроется вся болезнь.

Здесь кто-то может спросить: «В Исламе тоже есть выборы. Означает ли это то, что выборы в Исламе формируют подобных людей?».

Мы ответим на этот вопрос после следующего пункта.

Выборы в демократии связывают кандидата с избирателем и заставляют обращать внимание кандидата на то, получил ли он довольство большинства или нет? И был ли предоставленный проект принят людьми или нет? Он ищет то, чем довольствуются люди. А мы знаем, что все народы, как народы, имеют поверхностное мышление и, в основе, они подчиняются или же ими управляют и им не подчиняется какой-либо политик. Предположительно, что кандидат избирается для того, чтобы руководить, а не для того, чтобы им руководили. Естественно то, что вызывает довольство масс, бывает простым и может быть даже нереальным. А может быть и так, что это влечет за собой вред вместо пользы. Поэтому можно увидеть как проекты, которые предлагаются в палате депутатов, не поддаются здравой логике. Некоторые проекты непригодны для исполнения, а другие далеки от интересов людей. Однако кандидат должен бороться и защищать это дело, ибо он ищет довольства тех, кто избрал его.

Ну а сейчас мы затронем Ислам.

В нем есть маджлис-уль-Умма, и Халиф является избранным главой государства. Означает ли это, что Халиф будет искать довольства масс в случае его избрания? И будет ли маджлис-уль-Умма (совещательная палата) в Исламском Государстве иметь такую же реальность? Ответ: Нет, есть огромная разница между Исламом и демократией. Ислам намного величественнее демократии, ибо он сохраняет критерии поступков. А критерии поступков в Исламе основываются на довольстве Аллаха. Мусульманин совершает тот или иной поступок или воздерживается от него из-за довольства Аллаха. Поэтому кандидат и избиратель ищут довольство Аллаха, а не материальную выгоду. Это с одной стороны.

А что касается другой стороны, то, когда избирается Халиф (мы будем говорить о нем, потому что он глава государства), он избирается для того, чтобы претворять законы шариата, выведенные из Книги Аллаха и Сунны Его Пророка (с.а.с.).

Ему дают присягу на этой основе, а не для того, чтобы он претворял мнения и страсти тех, кто его избрал. Халиф исполняет то, что приводится в книге Аллаха и Сунне Его Пророка. Это и есть договор между Уммой и Халифом, на основе которого и происходит избрание.

Что же касается демократии, то народ в ней избирает человека, дабы он издавал законы согласно страсти избирателя. И между этими двумя вещами есть огромная разница. Халиф не смотрит: довольны ли люди или нет, если закон шариата противоречит мнению людей. И это подобно позиции Абу Бакра ас-Сыддыкъа (да будет доволен им Аллах) во время войны с вероотступниками. Напротив, здесь люди были довольны мнением Абу Бакра и согласились с ним. А что касается маджлис-уль-Умма в Исламском Государстве, то его реальность отличается от нынешних палат парламента, ибо его деятельность ограничена. Он не является законодательной палатой, дабы рассматривать то, что служит интересам народа. Напротив, он рассматривает вопросы не связанные с законодательством, и он ограничен с этой стороны. Верно, что он играет определенную роль в Исламском Государстве, но эта роль не законодательная. Умма не избирает людей в маджлис-уль-Умма, чтобы они издавали законы, ибо законодателем является Аллах. Поэтому, он отличается от нынешних парламентских палат. Это то, что касается выборов.

Составной частью демократии является оппозиция, которая дополняет ее. И демократия не может существовать без оппозиции, ибо она была основана для того, чтобы не было господства лишь мнения правящей стороны. Однако это стало деструктивным элементом демократии, ибо то, что говорит одна сторона опровергается другой, равно было ли это правильным или нет. Если первая сторона ошиблась и на это возразила вторая сторона, то это не проблема. Однако если она была права, и было возражение с другой стороны, то на какой основе происходит это возражение? Оппозиция находится в постоянном сомнении относительно слов и дел другой стороны, и общество находится между двумя сторонами: одна сторона говорит одно, а другая противоречит этому. Следовательно, все действия и усилия становятся напрасными и уходят бесполезно.

Здесь кто-то может спросить:

«Разве в Исламе нет отчета?».

Ответ: Да, есть отчет. Однако отчет это одно, а оппозиция это другое. Отчет намного выше оппозиции. Оппозиция превратилась в личные желания, посты и в методы достижения всего этого. Тот, кто посредством оппозиции добился этого, считается хорошим актером и тем, кто может повлиять на умы людей. Тони Блэр получил должность премьер-министра, будучи молодым. И он самый молодой среди тех, кто получил эту должность в Британии. Однако он обладает такими качествами, которых нет у остальных министров Британии. И это качество человека, который много спорит, чем он был известен во время учебы в средней школе. Он много спорил и оставил правительство, будучи таким. И если в оппозиции имелись ему подобные, то они могли попасть в парламент.

А сколько депутатов смогло занять свою должность посредством выборов в демократии, и потом за ними были замечены развраты, порок, и т. п. Демократия Израиля сформировала таких людей, как Эхуд Ольмерт, за которым было замечено более восьмидесяти развратных дел. Но он был избран. Он был избран на той основе, что он более праведный, чем все остальные. Мухаммад аль-Фаид покупал членов общей палаты в Британии за 1200 фунтов.

А что касается Ислама, то отчет в нем отличается от оппозиции. Халиф претворяет шариат Аллаха, и ни одному мусульманину (сидящему дома или в мечети), когда Халиф принимает то или иное решение, нельзя говорить, что это ошибка. Халиф не правит в соответствии со своими страстями, а претворяет шариат. Можно не понять его поступок в определенном положении, и когда у него спросят или ему скажут, что это плохой поступок, то он объяснит, почему он так поступил и все закончится. Так произошло с праведным халифом Умаром ибн аль-Хаттабом (да будет доволен им Аллах) когда мусульмане приходили к нему и спрашивали: «Почему ты сделал так?». И он объяснял им.

Когда Халиф объясняет неясный свой поступок, этим все заканчивается. В Исламе нет оппозиции, ибо она считается оппозицией решению Аллаха. Умма может отчитывать за плохое претворение закона Аллаха. И это может наблюдаться в некоторых поступках, а не во всех. То же самое, когда отчитывается валий, или помощник Халифа или же амил. Отчет происходит таким же методом, ибо они претворяют шариат Аллаха. Все правители в Исламе претворяют шариат, и в нем нет оппозиции. К примеру, если Халиф завладеет кусочком земли для строительства на ней военной базы, то другой может прийти и сказать, что эта земля непригодна для военной базы. Если Халиф разъяснит свое мнение исходя из тактики, то вопрос считается закрытым. Если эта деятельность подвергнется оппозиции, то это будет считаться разрушением и растратой усилий. А деятельность правителей будет заключаться только в сохранении оппозиции.

Это и есть то, что происходит в демократии, ибо деятельность правительств заключается в сохранении оппозиции. Некоторые политики в демократической системе выступают с заявлениями только для того, чтобы на них обратили внимание.

Многие эти выступления не имеют никакого политического веса. Однако они делаются только из-за того, чтобы фотография этого человека появилась в СМИ. Это представляет собой разрушение и растрату усилий. И это и есть практический метод претворения демократии.

Этот лом был положен с целью разрушения этого строения. Демократия не пригодна для претворения над человеком и, как правило, приводит к кризисам. Это и есть первая причина этого кризиса.

Вторая причина – иностранная интервенция. После развала Халифата в Стамбуле, исламские страны стали местом разгула всех иностранных политиков. Они ввели свои войска, а затем вывели. Затем построили свои военные базы и т.д. А деятельность иностранных спецслужб стала заключаться в том, чтобы привязать эти страны к своим странам и сохранять их разрозненность. Связь этих стран с иностранцами не означает связь с их землей, а означает связь людей. И те люди, которых Запад хочет привязать к себе, не являются рядовыми гражданами, ибо они не могут что-либо предоставить. Запад берет тех, кто имеет влияние в обществе.

Когда империализм вступил в эти земли он начал искать главу племени, религиозного человека, который имеет влияние в обществе. И это для того, чтобы он осуществлял их интересы. С распадом Халифата и по сегодняшний день страны мусульман открыты для Запада, чтобы он осуществлял свое дело.

Теперь перейдем к Кувейту. Так как Кувейт является частью Персидского залива, поэтому, вначале мы должны затронуть Персидский залив. С конца восемнадцатого века Британия первой вошла в страны залива и связала всех правителей соглашениями и договорами. И это не обошлось ей даже в одного солдата. С тех пор и до сегодняшнего дня все резолюции строятся на той основе, чтобы сделать страны залива зависимыми от иностранца, постоянно нуждающимися в его защите. А защита иностранца может быть гарантирована только при его присутствии. Поэтому присутствие иностранца в странах залива стало обыкновенным явлением.

Мы видим их флоты, которые не имеют баз.

Затем произошла иранская революция. После этой революции и до сегодняшнего дня страны залива не были в спокойствии. Началось формирование военного присутствия США. Иран стал говорить об экспорте революции, и затем началась ирано-иракская война, которая продолжалась девять лет. Согласно мнению военных экспертов она по силе превзошла даже вторую мировую войну. Во время этой войны произошло американское вмешательство в страны залива, что даже присутствие ее флота стало официальным. И, несмотря на это, Америка поговаривала о военных базах, не ограничиваясь своим присутствием в море. Затем наступил 1990г. и американское присутствие на этой земле, к сожалению, стало необходимым. Затем после этого началась война против терроризма, началась оккупация Ирака и удушение исламской Уммы. Нетрудно представить, что может сделать она с такой военной мощью в странах залива и Кувейта.

Когда в 1991г. в Кувейт прибыл американский посол Эдвард Гнейм, то он побил рекордную отметку, побывав в 300 государственных учреждениях. Какое он имеет отношение к этим учреждениям? Посол должен представлять государство перед другим государством ни больше и ни меньше этого, в соответствии с обычаями и нормами международного права. В том числе и американский посол.

Однако почти нет такой газеты, которая бы не говорила об их присутствии в тех или иных кругах общества. Самой последней из них была посол Джонс. Она делает заявления, касающиеся внутренней политики так, словно она и есть руководительница. Когда американский посол ведет себя таким образом, то нет сомнения в том, что и британский посол поведет себя аналогичным образом. И нет сомнения в том, что британский посол сделает больше этого. Поэтому у нас нет никаких сомнений относительно визита в государственные учреждения американских или французских послов. Этот посол не прибыл напрасно, он играет определенную роль, кем бы он ни был.

В Сомали, в эпоху семидесятых годов прошлого столетия, после Айдида, на каждого сомалийского генерала имелось досье в бельгийском посольстве. Представьте, что может делать бельгийское посольство в Сомали! А что нам говорить об американском после, когда так обстоят дела с бельгийским послом? Раскрытие этих дел выявляет нам многие вещи, о которых мы не знали, но нет сомнения в том, что они существуют. Это иностранное вмешательство, выплата денежных средств и приложения усилий, были для приобретения дебиторских должностей и людей. Это не простые люди. Напротив, они формируют политическую прослойку в обществе, и от этой прослойки и образуется парламент. Если эта прослойка грязная, тогда что от этого образуется? Среди этой прослойки может быть один или несколько человек, не обладающих поверхностным мышлением, не преследующих выгоду, и не ищущих довольства людей. Однако они являются меньшинством, а меньшинство в демократии не имеет веса для большинства.

Поэтому, когда люди, имеющие критерии выгоды, управляют делами людей, то они будут представлять других либо же выгоду. Или же представление будет простым, не имеющим никакого отношения к управлению делами. Из-за подобной политики порождаются кризисы и несчастья. Поэтому весь мир живет в кризисах, в том числе и Кувейт. Возможно, кризисы являются различными в некоторых странах, но все они возникают по причине демократии.

Следовательно, причина всех кризисов в Кувейте, наряду с демократией, кроется в иностранном вмешательстве. Газеты пишут об этом не только в Кувейте, но и в других странах, таких как Египет, Ливан, Сирия. И лица, имеющие связь с Западом известны.

Это причины кризиса в Кувейте.

Что касается решения, то необходимо претворение Ислама вместо демократии не только из-за того, что мы мусульмане, а из-за того, что Ислам соответствует реальности человека. Всевышний Аллах говорит:

أَلَا يَعْلَمُ مَنْ خَلَقَ وَهُوَ اللَّطِيفُ الْخَبِيرُ

«Неужели этого не будет знать Тот, Кто сотворил, если Он Проницательный (или Добрый), Сведущий?» (67:14). И Господь миров знает того, кого Он сотворил, и только Он может издавать законы. И пока законы исходят от Аллаха, они пригодны для человека и соответствуют его реальности. Когда изучаешь подробные законы шариата видно, что они соответствуют реальности человека. Примеров этому много. Например, в Исламе нет свободы слова, и мусульманин говорит только то, что довольствует Аллаха. Если он что-то говорит, то приводит шариатское доказательство, а если нет, то его мнение не берется во внимание. Когда праведный Халиф Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) стал определять махр (приданное) ему возразила мусульманка, ибо у него не было доказательства. И повелитель правоверных сказал: «Ошибся Умар и права женщина». Это означает то, что он не может принимать законы согласно своей страсти. Перед тем как принять решение относительно распределения имущества людям он долгое время изучал Коран пока не нашел доказательства. Мусульманин не может принимать законы согласно страсти – он говорит только то, чем доволен Аллах. А то, что довольствует Аллаха, имеет доказательство.

Демократия же заявляет, что есть свобода слова. Однако когда смотришь на такую страну как Франция с этой точки зрения, то видишь, как она запрещает хиджаб. Она запрещает говорить то, что выявляет нацизм. А когда кто-то говорит, что Холокост является фабрикацией, то он предстает перед судом. А когда эта страна воспевает свободу слова и не претворяет ее, то это означает, что свобода слова не реалистична. Если бы она была бы реальной, то претворилась бы в любом случае. А что касается Ислама, то он ясно заявил, что нет места свободе слова. И если ты не доволен Исламом, то земля Аллаха обширна. А если ты остался в странах мусульман, то должен довольствоваться законами Ислама. Примеров соответствия Ислама реальности человека множество.

Другая сторона это то, что Ислам является подробным. И в жизни нет такой подробной идеологии как Ислам. Из подробных доказательств Ислама выводятся многие подробные законы. Например, слова Посланника Аллаха (с.а.с.): «Продавец и покупатель имеют выбор, пока не разойдутся». Когда читаешь книги по фикъху, то находишь, что больше семидесяти хукмов (законов) выводится из этого хадиса. Или, например, касательно темы возмещения. Если животное уничтожило посев, должен ли хозяин животного возместить ущерб или нет? Ученые ханафитского толка сказали: «Если животное погубило посев днем, то хозяин животного не должен возмещать ущерб, ибо хозяин посева должен быть на поле. А если ущерб был нанесен ночью, то хозяин животного должен возместить ущерб, потому что хозяин посева находится ночью дома, а животное на привязи». Где подобные подробности в демократии? В демократии большинство издает для себя то, что хочет, и их законы изменяются согласно их страстям. И, несмотря на множество того, что они издали все же они не смогли достичь истины.

Решение заключается в устранении демократии и претворения Ислама. А претворение Ислама возможно лишь с установлением государства, которое будет претворять его во всех сферах жизни: экономической, военной, социальной, во внутренней и внешней политике.

С другой стороны нужно искоренить влияние неверных, ибо причиной кризисов является иностранное вмешательство. Мы жили и живем в реальности, которая переполнена иностранным вмешательством. К примеру, когда Горбачев начал говорить о перестройке в СССР, Америка захотела изменить политическую систему даже в Китае. На самой известной площади в Китае «Тяньаньмэнь» (площадь Небесного Спокойствия) в центральной части Пекина возникло движение и восстание, которое длилось более одного месяца. В течение этого месяца площадь была оцеплена войсками, где солдаты и восставшие просто стояли и смотрели друг на друга. Спустя месяц один из их политиков объявил, что имеются доказательства на то, что за этим движением стоит Америка. Они разогнали их танками в течение нескольких часов. Таким образом, когда они узнали, что за этим движением стоит Америка, они не тянули и одного часа, ибо это считается иностранным вмешательством.

Никакая нация не сможет прийти к развитию, пока не будет обладать своим решением и волей. Иностранное вмешательство считается отнятием воли. Вопрос не заключается только в претворении Ислама.

Напротив, в том, чтобы мусульмане полагались на самих себя. Необходимо установление Исламского Государства мусульманами, а не жить в расчете на помощь неверного Запада и его довольство. Необходимо изгнать иностранную интервенцию со всех стран залива, в том числе и из Кувейта. И даже со всех стран мусульман, дабы мы обладали фактической волей и управляли делами людей. Что мешает мусульманам вернуться к Исламу? Поистине, это неверный Запад, который препятствует этому.

И, в завершении, мы воздаем хвалу Аллаху Господу миров.

Абдуллятиф аш-Шаттый
Кувейт