«Поездка в столицу палестинского миража»

Газета «Аль-Кудс» опубликовала 26 июня 2013 г. статью, которую мы также хотим опубликовать из-за ее полезности. Ниже следует текст статьи.
Репортер «Le Monde» (Монд: фр. газета) — описывает особенности государства в условиях оккупации: Путешествие в столицу палестинского миража

Журналист Бенджамин Барт в своей репортерской работе, встречах и цифрах дает подробную и точную картину интересной ситуации на оккупированных палестинских территориях. Все это представлено в его книге «Мечты Рамаллы: путешествие в сердце палестинских миражей», которая выпущена с переводом на арабский язык компанией «Grosse Press Publishers, 2013».


Доклад, опубликованный в газете «аш-Шарк аль-Аусат», проливает свет на период, в котором Барт работал корреспондентом французской газеты «Le Monde» в Рамалле в период с 2002 по 2011 год. В то время он говорил о появившихся новых классах и планах экономического мира с целью продления оккупации и улучшения ее образа.

Автор признает невозможность построения экономики в условиях оккупации, а также построения власти и государственных учреждений. Однако такой взгляд может отсутствовать у государств, классов и групп, пользующихся новой ситуацией и политическими средствами доноров, которые устремляются под общим заглавием для поддержки мирного процесса и ускорения решения между двумя государствами. Но, то, что происходит на самом деле, — это «откусывание» дополнительных территорий палестинцев и подрыв всякой надежды в достижении решения между двумя государствами. Причем это осознается донорами через публичные или просачивающиеся доклады и отчеты, но они по-прежнему продолжают играть в бесконечную игру. В фантазирующей форме Барт пишет: «Это невероятная, трагическая и абсурдно замечательная страна, которая своей атмосферой похожа на рассказы Франца Кафки и Льюиса Кэрролл. Имя этой страны — Палестина, а вернее Западный берег реки Иордан». Продолжая, он говорит: «Рамалла менее распущена, нежели Тель-Авив, менее ярка, чем Бейрут, но более удивительна, и в настоящее время это новый пузырь на Ближнем Востоке».

«Столица палестинского миража», — как называет ее автор, которая подвергается ночным вторжениям оккупации в окружении израильских поселений и контрольно-пропускных пунктов, старается казаться в состоянии нормальной жизни: «С 2007 года каждые три-четыре месяца открывается новый бар или современный ресторан». Некоторые из этих ресторанов имитируют парижскую элегантность и латинское очарование. Это элита, которая пытается скрыть то, что происходит в городе, где есть несколько лагерей беженцев, в которых бедные становятся еще беднее, в то время как в городе возникают классы быстро богатеющих людей, благодаря принимаемым в верхах решениям, которые считают существование таких классов необходимостью для особого мира. Фактически под этим особым миром подразумевается мир для оккупации, чтобы сделать ее приемлемой, дешевой и даже выгодной, и стабильность для всех потоков донорских средств. Существует много способов уводить часть этих средств в другую оккупационную казну, которая пользуется обоснованием.

Автор цитирует слова одного французского дипломата, заявившего о том, что «международные агентства по развитию не говорят, кроме как об укреплении гражданского общества. Но зачастую делают наоборот. Они подрывают его способность брать на себя инициативу и превращают активистов в подрядчиков изнутри, т.е. превращают их в клиентов». Дипломат подчеркивает: «Международная помощь на оккупированных территориях является огромной машиной для устранения политического характера в палестинском национально-освободительном движении».

Рамалла, не зная или не признавая того, стала политическим и финансовым центром, изолированным местом для активных личностей и столицей несуществующего государства. Автор цитирует Насир Абу Рахму: «Зона Рамадия непосредственно не оккупирована, но фактически и несвободна. Она находится в круговой блокаде, но кипит жизнью». Язид Анани говорит: «Общественное пространство трансформируется в коммерческое пространство. Повсюду распространяются формы нового либерального гражданского порядка. Вследствие этой трансформации возникло воображение о сосуществовании свободы, процветания и оккупации. Это полный идиотизм. Рамалла ничего не приобретет, если станет подражать Дубаю или Амману».

Автор проницательно заметил противоречие в торжестве по случаю замужества дочери плененного палестинского лидера Марвана Бургути в отеле «Movenpick», в котором приняли участие крупные политики. Интересуясь, он задается вопросом: «Если они учли находящееся рядом на горе еврейское поселение «Псагот», достиг ли звук свадебной музыки и беспорядочные звуки автомобильных гудков до жителей этого поселения? Вид на отель «Movenpick» просматривается с их окон. Псагот — это одновременно охрана и оградительная стена, а также одно из звеньев режима, который держит Палестину в клещах».

Французский дипломат, который посещает Мукатаа, резиденцию председателя Палестинской администрации Махмуда Аббаса в Рамалле, говорит автору, что Аббас больше похож на заместителя, нежели на президента, и что настоящей властью на Западном берегу реки Иордан выступает оккупационная администрация израильского поселения Бейт-Эль неподалеку от Мукатаа.

Автор считает, что любые разговоры об изменении, сталкиваются с классом генеральных руководителей, которые были назначены на своих постах благодаря своим отношениям внутри движения ФАТХ. Он говорит: «Даже если мы привезем в Палестину 25 самых квалифицированных министров в мире и сотню профессиональных руководителей, они не смогут построить государственные институты. Невозможно видеть государство, которое существует лишь на бумаге».

Автор, цитируя одного иностранного эксперта, говорит: «Построение государства в Палестине — это виртуальный или предположительный эксперимент. Сколько бы усилий вы не прилагали, им угрожает реальность своим противоречием в любой момент».

Это прямая критика в адрес стараний бывшего премьер-министра, доктора Салам Файяда, который в последние годы показал себя в качестве автора проекта «Построение государства» и даже определил для этого события несколько дат. Юрист Камиль Мансур ясно говорит: «Все это трюк; Файяд не глупец. То, что он пытается сделать, это сохранить жизнь системы и выиграть время до следующего взрыва». Суть проекта Файяда, как считает автор, это — «Попытка завершить незаконченную модернизацию палестинской бюрократии».

Автор считает, что палестинские финансисты перешли на сторону ФАТХ. Например: из 1,2 млрд. долларов выплаченных в 2006 году, 700 млн. прошли через офис президента Махмуда Аббаса.

Международная помощь также, по утверждению автора, — это коммерческие сделки, большинство из них очень выгодные, которыми пользуются многие, как подрядчики, частные агентства по развитию, а также политические и научные деятели и местные учреждения.

Подрядчики, исходя из прибыльности, приглашают иностранных экспертов, в то время как они не выполняют реальной работы, которая могла бы быть полезной для палестинских учреждений. Один из тех, кто работал в программе поддержки палестинской судебной системы, приводит пример: «Я помню одного эксперта, который приехал, чтобы составить доклад о судейской морали. Его двухмесячное проживание стоило донорам более ста тысяч евро. За что? За абсолютно бесполезный 17-страничный доклад».

Существует местный класс, сформировавшийся после того, как непосредственно или косвенно воспользовался, как это называет автор, «искусственной помощью». Этот класс состоит из «лидеров неправительственных организаций, руководителей проектов по развитию, политических советников международной организации или профессоров Бирзейтского университета (расположен в городе Бирзейт, в нескольких километрах к северу от Рамаллы), которые получают жалованье консультанта в частном секторе».

Этот класс, который сосредоточен в городе Тира к западу от Рамаллы, не разбогател за счет недвижимости или принадлежности к движению «Фатх» или за счет семейных фирм. Автор пишет: «Они разбогатели за счет ежемесячных жалований (от 3000 до 10 000 долларов в месяц), разрешений на перемещение внутри израиля и дорожных билетов для участия в конференциях за границей. Вы можете встретить их в изысканных ресторанах города, на консульских торжествах, в VIP-залах на мосту Алленби (транспортной артерии между Западным берегом реки Иордан и аэропортом Аммана), где их социальный статус избавляет их от бесконечных ожиданий, что является уделом других менее удачливых их граждан». Именно этот класс придает Рамалле «ее сюрреалистическую напряженность и расколотую идентичность, которая ведет споры и борьбу между свободой, процветанием, оккупацией и колонизацией».
Этот класс пользуется поддержкой доноров, «которые были убеждены, что появление среднего класса, стремящегося к благополучной жизни, будет способствовать стабильности палестинской администрации, и тем самым способствовать решению конфликта». Но на самом деле, никакой убежденности в достижении урегулирования конфликта нет, и об этом говорят за кулисами. Работа ведется по образованию основы для перенесения оккупации, которая затянулась слишком долго.

Интеллектуальная элита была готовы продать свои знания, например, как пишет автор: «Буржуазная интеллигенция, которая вращается в рамках Бирзейтского университета, проявила энтузиазм. Многие из его членов поспешили учредить неправительственные организации по защите прав человека, изучению демократии и усилению роли женщины. Все эти темы были неотъемлемой частью программ партий и профсоюзов, которые были переформулированы в ответ на обеспокоенность доноров. Таким образом, эта интеллектуальная элита вступила на путь европеизации, что дает ей больше возможностей для международного передвижения и увеличивает ресурсы, с которыми приходится считаться».

Стремление сохранить существующее положение и управление конфликтом, но не его решение, привели к открытию банковских касс, где ранее проводилась политика консервативного кредитования, для запуска кредитных программ. Вследствие этого большая часть, а именно 160 тыс. госслужащих, трудится, чтобы погасить полученные кредиты. Автор, цитируя экономиста Сэма Бахура, пишет: «Погружающееся в долги общество не восстает против существующей власти. Когда вы берете кредит на покупку дома или автомобиля, вы не выходите протестовать на улицу».

Автор пишет: «Воздушные пираты, захватывавшие самолеты в семидесятых годах XX-го столетия и метавшие камни в 80-х, которым поклонялись революционеры во всем мире, стали восхваляться экспертами МВФ. Вернет ли это изменение палестинцам их свободу? Этого никто не знает. Сегодня оно в первую очередь способствует процветанию работы горстки привилегированных людей».

Далее он пишет: «После запуска мирного процесса в 1993 году примерно вся молодежь первой интифады была включена в состав служб безопасности нового режима. Национальный энтузиазм был строго направлен к построению ядра армии. В последние годы некоторые бойцы второй интифады стали охранниками в магазинах или в пятизвездочных отелях. Революционная одержимость превратилась в защиту частного сектора».

Автор данной статьи спрашивает: «Является ли это предвестником бури перед затишьем, как пишет издатель? А может срок ее наступления по-прежнему откладывается или уже невозможен?».