Критичный взгляд на исламский банкинг на малазийском примере. Часть II

بِسۡمِ ٱللَّهِ ٱلرَّحۡمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ

Лютфи ибн Мухаммад

Реальность, сложившаяся вокруг исламских банков.

Со всей очевидностью можно сказать, что с исламской точки зрения успех оценивается степенью достигнутых целей и приверженности к законам Шариата, выведенным правильным образом. Если же мы вернёмся к целям, заявленным исламскими банками, то, как это отмечает большинство экономических экспертов, специализирующихся на них, исламские банки не осуществили должным образом хотя бы одну свою цель в отношении экономического роста страны, в которой они ведут свою деятельность, не говоря уже обо всех остальных заявленных миссиях и не говоря уже о полной шариатской деградации, сопутствующей исламскому банкингу с первых минут его жизни. Здесь мы можем привести заявление, сказанное по этому поводу одним из пионеров данного сектора — д-ром Мухаммадом Умаром аш-Шабра, который признал: «Исламская финансово-экономическая программа не сможет достичь успеха, если не будет одной деталью целого механизма комплексных реформ». Бывший премьер-министр Малайзии Мухаммад Махатхир на пресс-конференции в Египте сказал: «Исламские банки в Малайзии потерпели фиаско из-за отсутствия спроса на его финансовые продукты на должном уровне, когда банки начали операции с исламскими облигациями (сукук) по существующим законам, а мусульмане оказались весьма осведомлёнными в религии». Согласно мнению Махатхира, исламские банки не проявили должной упругости с точки зрения Шариата, что привело их к фиаско или к его грани. Мы же приведём ряд пунктов, которые ясно укажут на степень упадка «исламских» финансовых структур:

Недооценка реального положения мусульман.

Появление исламских банков пришлось на момент всеобщего исламского пробуждения, когда большое количество мусульман испытало жажду к Исламу (и продолжает её испытывать по сей день) как к идее и жизненному пути, способному сменить капитализм и коммунизм, а также вести мир к осуществлению справедливости, безопасности и процветания. Однако поверхностный взгляд, господствующий на тот момент среди большинства жаждущих Ислама, и неспособность связать сегодняшние события с исламским историческим прошлым, стали причиной выбора ошибочного пути, в котором они, как говорится, «запрягали телегу впереди лошади». Их искренняя вера в то, что нынешние государства — это шариатские и исламские государства, которые нуждаются только в реформах, а не в коренных изменениях, привела к идее о том, что клоны ростовщических банков в исламском «камуфляже» станут удачным шагом на пути исламизации страны, особенно на фоне того, как мусульмане охотно подхватили эту идею с исламскими банками. Но дело в том, что носители данной инициативы не осознали саму суть проблемы, а именно — то, что она кроется как раз в этих «законных» системах (режимах), которые управляют страной и основаны не на Шариате. Истина, которую должен осознать каждый, кто пытается что-то изменить, заключается в том, что Запад создал эти государства-клочья для того, чтобы с лёгкостью ими управлять и противостоять каждому, кто попытается их собрать воедино на основе Ислама. И поэтому истинные перемены не настанут путём добавления ложки мёда в бочку дёгтя в ожидании, что горький дёготь станет слаще. Правильно будет изменить все эти лживые режимы и заменить их одной системой, которая будет сочетаться с исламскими мыслями и понятиями Уммы и, таким образом, осуществит то долгожданное благополучие, развитие и прогресс. Так мы осуществим замысел поклонения Аллаху в полной мере. Здесь важно вспомнить мнение аш-Шабры и других пионеров идеи исламского банкинга, которые стали отступать и признавать, что только комплексные реформы обеспечат успех их идеи, а цели, намеченные перед исламскими банками, оказались неосуществимыми грёзами в результате их сильнейшей деградации. Но разве этим пионерам можно понять, что Умма нуждается в государстве, которое возьмёт на себя исламский проект и понесёт его остальному миру, и что что для этого необходима политическая и идеологическая работа?!

Недооценка исламской экономики.

Непонимание разницы между экономикой и экономической системой загнало людей, исследующих тему исламской экономики, в замкнутый круг, в котором они кружат, так и не вникнув в её суть, особенно в условиях нынешней острой нехватки трудов, касающихся данной немаловажной части жизни мусульманского общества. Дело в том, что взгляд на исламские банки как на важный «кирпичик» исламской экономики в действительности выглядит исламским взглядом со стороны, но внутри он — капиталистический. Об этом говорит роль банка, которая сложилась в капиталистической системе, где банк считается его основным элементом. Так, процентные ставки, которые устанавливают центральные банки, определяют ожидаемые темпы развития государства и другие показатели. Банк в капиталистической системе — это её неотъемлемая часть, крах банков здесь может приводить к экономическим кризисам, как, например, в 2008 году. Но когда речь идёт об исламской экономической системе, то здесь дело обстоит совсем иначе — исламская экономическая система рассматривает финансовые структуры как второстепенные вспомогательные учреждения, а объектом сосредоточенности исламской экономики являются распределение богатств, определение видов собственности и источников доходов Байт уль-Маль, и этот подход, при своём воплощении в жизнь, гарантирует обеспечение справедливости, но, увы, данные хукмы (или овладение ими) отсутствуют в головах, имеющих отношение к исламским банкам. И поэтому мы особо подчёркиваем, что исламская экономика — намного больше и обширней, чем замкнутость в какой-то финансовой структуре, окутанной сомнениями. Об этом говорят труды по исламскому фикху (праву), которые содержат хукмы, решающие все проблемы, связанные с собственностью, методами её приобретения и распределения.

Отсутствие уполномоченных шариатом и экспертов.

Большинство тех, кто занимается вопросом исламских банков, согласны в том, что их появление было преждевременным, намного раньше, чем были подготовлены для них необходимые кадры, которые смогли бы объединить в себе знание банковского дела, шариатскую осведомлённость, придерживались исламских принципов, были бы воодушевлёнными идеей и верили в неё. В итоге, без этого исламский банкинг появился на свет уже ущербным и склонным к деградации. Наряду с этим, здесь и там активизировались попытки вернуть исламскому банку шариатскую «сердцевину» и повести его строго по заранее расчерченной перед ним линией, однако это оказалось провальным из-за отсутствия так называемой «единой шариатско-правовой инстанции», способной поставить точку в вопросах «исламизации» финансового продукта. Сколько семинаров, конференций и форумов было проведено в нескольких странах в попытке привести к консенсусу шариатско-правовые (фикхий) мнения вокруг дозволенности предлагаемых финансовых операций! Но загвоздка, которая каждый раз возникала на пути решения данной проблемы, заключается в различии взглядов факихов (знатоков исламского права) между собой; например, в Малайзии мы находим, что одни факихи считают дозволенным бай аль-ина (продажу в рассрочку/кредит), а другие запрещают. Аналогично дело обстоит и вокруг других финансовых продуктов, предлагаемых исламскими банками, таких как мурабаха (перепродажа с торговой наценкой) и прочих. И это всё происходит наряду с тем, что большинство факихов, издающих фатвы, не имеют на это достаточной шариатской квалификации, которая позволила бы им выводить законы Шариата, что, в итоге, в своём большинстве превращает это дело в мишень человеческих страстей. Здесь мы в очередной раз подчёркиваем то, что отсутствие обладателя шариатской силы и власти, который имел бы полномочия принимать шариатские законы, ставящие точку в разногласиях, т. е. принимать табанни и обязывать всех до единого придерживаться этого решения, делает невозможным создание «единой шариатско-правовой инстанции», к которой они все стремятся. Ислам представляет собой набор из крепко-накрепко связанных между собой и дополняющих друг друга звеньев, и попытка претворить какое-то из них в отдельности приводит к шариатским и мирским негативным последствиям. А поэтому правильно и искренне будет работать над тем, что снимет с нас ответственность, а именно — над созданием данного политического образования, которое применит весь этот «набор звеньев» в жизни, а мы сможем оградить Умму от, мягко говоря, второстепенной бессмысленной фикхий-«потасовки», которую ведут некоторые для того, чтобы ввести в заблуждение Умму, что, якобы, они и остальные заботятся о ней.

Продление жизни режимов.

Тот, кто задумывается о положении Уммы, о степени её расчленённости, отсталости и испорченности, ищет пути к тому, чтобы выйти из этого тёмного тоннеля. Иногда человек искренне стремится осуществить желаемый подъём и сравняться с развитыми народами, однако здесь следует признать, что искренность без пристального внимания и глубокого понимания сути трагедии, в которой оказалась сегодня Умма, может привести к ещё большему падению, и даже к ещё большему укоренению его причин. Одной искренности не хватает, стремление должно сопровождаться действиями, соответствующими Шариату в методе размышления, и действиями по созданию необходимой идеи в реальной жизни. От аль-Фудайля ибн Ийяда передаётся: «Лучший поступок — самый искренний и самый правильный из них». Правильность поступка — это его соответствие Шариату, согласие с ним, а не «непротиворечие» с Шариатом, как об этом утверждают сторонники реализма, которые не видят ничего предосудительного в принятии подозрительных концепций, доказывая, что они не противоречат Исламу. Например, один из консультантов исламских финансовых учреждений признал: «Мы берём все операции, не запрещённые в Коране». Таким образом, они открыли широкий путь для принятия сомнительных операций на основе этого «старого нового» правила. Такое введение понадобилось для того, чтобы перейти к обсуждению продления жизни режимов, в особенности — в исламских странах. Движения, которые призывают к «исламским финансам», на самом деле видят нынешние деспотические режимы легальными, которым необходимо подчиняться, и настаивают на том, что изменения должны проводиться постепенно, путём создания исламских учреждений, которые, в случае успеха, поспособствуют полной исламизации режима. И поэтому мы часто видим представителей этих движений на их конференциях, большую часть которых я посетил, которые никак не касались вопроса легитимности системы правления. Вся их забота сосредоточена на том, как обойти шариатские тексты и заставить их двигаться в один шаг с международными законами. По этой причине ты находишь большую часть государств, в которых изобилуют исламские банки, таких как Саудия, Бахрейн, Малайзия, Турция, Катар и др., как они поддерживают именно этот вид тезисов и проводят конференции, приглашают шейхов, создают фикхий и экономические институты, чтобы продвинуть эти тезисы среди определённых слоёв населения. В этом отношении я принял участие в семинаре в Малайзии, касающегося вызовов, стоящих перед исламскими финансами, который организовал один из выдающихся знатоков исламских банков — генеральный секретарь Всемирного союза мусульманских учёных, глава благотворительной организации Исламской курдской лиги (Islamic Kurdish League — IKL) шейх Али Мухиддин аль-Карадаги. Аль-Карадаги много говорил о вызовах, с которыми сталкиваются исламские банки, среди них — проблемы с существующими законами, которые фундаментально противоречат структуре исламских финансовых учреждений, однако шейх не сделал ни шагу вперёд для того, чтобы прояснить, в чём заключается настоящая ошибка. Ведь режимы — это секуляризм, борющийся с Аллахом и Его Посланником (с.а.с.), а исламские банки — всего лишь прикрытие для этих режимов, с помощью которого они бросают пыль в глаза простофиль. Вот такой пример одной из конференций и семинаров на это тему. Таким образом, наличие «исламских» финансовых учреждений больше всего играет на руку этим тираническим режимам в странах мусульман по следующим причинам:

Первое: снятие вины с режимов и перекладывание её на шариатские законы; якобы они не в состоянии обеспечить сегодняшнее финансовое развитие. Это подтверждают слова Махатхира: «Исламские банки в Малайзии потерпели фиаско из-за отсутствия спроса на их финансовые продукты на должном уровне, когда банки начали операции с исламскими облигациями (сукук) по существующим законам, а мусульмане оказались весьма осведомлёнными в религии». Таким образом, нынешние режимы обезопасили себя от всякого рода критики, а идея замены режимов стала неосуществимой мечтой.

Второе: озадачивание мусульман второстепенными вопросами, от которых складывается впечатление, что говорить о шариатской системе — ещё совсем рано, а сейчас время создавать гражданские общественные организации и популяризировать исламские банки в обществе для того, чтобы «дорасти» до исламской экономики.

Третье: желание вызвать разочарование среди Исламской Уммы по отношению к исламскому проекту полностью и сформировать мнение о том, что Ислам со своими законами не в состоянии способствовать развитию, а неизменные исламские хукмы и различие мнений иджтихада (различие мнений факихов) делают успех исламских банков непростым делом. Следовательно, решение возможно, только если применить систему, которая обеспечит религии своё место, а экономике — своё. А это и есть секуляристский взгляд.

Заключение:

Умма не прекращает получать удар за ударом со всех сторон — физические или идейные, и не имеет значения, от кого — от врагов, их агентов или искренних своих сыновей, наивно полагающих, что они творят добро. Правда заключается в том, что идея исламских банков появилась на свет без глубокого обдумывания, внимательности и должной искренности, как рефлекторная реакция на целый ряд экономических и политических преобразований в мире. Эта идея не была подробно изучена с шариатской стороны, а даже напротив, её окружала спешка, что заложило в неё семя неудачи ещё в самом начале. Больше всего огорчает то, что эта неудача будет использована против Уммы коварным внутренним и внешним врагом, а процесс возвращения доверия законам Шариата потребует ещё больших общественных идеологических усердий от тех, кто в полной мере понимает реальность, над которой работает, и продвигает подробный комплексный проект, идеологией которого является Ислам, а целью — развитие и прогресс, который, в конечном счёте, станет настоящей альтернативой. Все слои Уммы должны осознать этот проект, т. е. то, что Ислам со своей экономической системой способен добиться справедливости, устойчивого роста, разрешить проблему хаотичного распределения богатств и бедности. Пусть все знают, что это — не просто слова, как воображают себе об этом некоторые, — это всё подробно истолковано в трудах-сокровищницах фикха, которые полны и даже с излишком всем тем, что имеет отношение к законам об имуществе и обороте им. Воплощение этой альтернативы нуждается в искренней политической воле в сени образования, которое соберёт богатства и умы Уммы воедино для того, чтобы сделать её «примером, придерживающейся середины», как этого пожелал Аллах и Его Посланник (с.а.с), воплотить Ислам и понести его послание всему миру.
Аллах сказал:

وَكَذَٰلِكَ جَعَلۡنَٰكُمۡ أُمَّةٗ وَسَطٗا لِّتَكُونُواْ شُهَدَآءَ عَلَى ٱلنَّاسِ وَيَكُونَ ٱلرَّسُولُ عَلَيۡكُمۡ شَهِيدٗاۗ وَمَا جَعَلۡنَا ٱلۡقِبۡلَةَ ٱلَّتِي كُنتَ عَلَيۡهَآ إِلَّا لِنَعۡلَمَ مَن يَتَّبِعُ ٱلرَّسُولَ مِمَّن يَنقَلِبُ عَلَىٰ عَقِبَيۡهِۚ وَإِن كَانَتۡ لَكَبِيرَةً إِلَّا عَلَى ٱلَّذِينَ هَدَى ٱللَّهُۗ وَمَا كَانَ ٱللَّهُ لِيُضِيعَ إِيمَٰنَكُمۡۚ إِنَّ ٱللَّهَ بِٱلنَّاسِ لَرَءُوفٞ رَّحِيمٞ ١٤٣

«Мы сделали вас общиной, (примером) придерживающейся середины, чтобы вы свидетельствовали обо всём человечестве, а Посланник свидетельствовал о вас самих. Мы назначили кыблу, к которой ты поворачивался лицом прежде, только для того, чтобы отличить тех, кто последует за Посланником, от тех, кто поворачивается вспять. Это оказалось тяжело для всех, кроме тех, кого Аллах повёл прямым путём. Аллах никогда не даст пропасть вашей вере. Воистину, Аллах сострадателен и милосерден к людям» (02:143).