Переводы смыслов Корана в войне с Исламом: скрытый обман для уничтожения авторитета Книги Аллаха

بِسۡمِ ٱللَّهِ ٱلرَّحۡمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ

Запад-колонизатор, погрязший в прагматизме и макиавеллизме, не имеет проблем с религиями, которые отделены от жизни так, что не угрожают его интересам и образу жизни.

Запад спокойно может в такой ситуации инвестировать в религии, развернув вокруг них прибыльную экономическую деятельность, или может использовать религии, чтобы усыплять народы, отвлекая последних от реальных проблем, ослабляя их ради установления своего контроля над этими народами и ресурсами. Однако у Запада возникает проблема с мусульманами, и заключается она в том, что в самом Исламе заложен огромный и опасный для Запада потенциал, который способен вывести мусульман в лидеры, и он представляет собой альтернативу современному миропорядку, создавая условия для возникновения новой цивилизации и опасного политического конкурента. Ислам вызывает у Запада серьёзные опасения, поскольку угрожает не только его интересам, но и существованию. Причина же кроется в универсальности Ислама, полноты, воинственности, быстрого распространения и способности объединять народы.

По окончании Второй мировой войны США вышли в лидеры как страна, повсеместно внедряющая капиталистическую идеологию, а после падения Берлинской стены США стали работать над тем, чтобы в мире господствовал только капитализм. С помощью «свободного мира» Америке удалось заложить капиталистическую идеологию в основу международных отношений и стандартов. После событий 9/11 США развернули деятельность по глобализации капиталистической идеологии, чтобы превратить её в религию для всех наций и народов на земле. Народы и нации должны будут не ограничиться лишь соблюдением этой идеологии, а верить в неё, сформировать свои ценности и взгляды на основе капиталистических идей и концепций. И хотя эта деятельность обрела успех за пределами исламского мира, однако среди мусульман она провалилась, разбившись о скалу исламской акыды.

Это заставило Соединённые Штаты приступить к разработке новых планов и способов индивидуального характера, применимых к арабскому региону — сердцу исламского мира. Спустя время на свет родилось два проекта: демократизация и Новый Ближний Восток. Дядя Сэм понял, что для деления и так раздроблённого исламского мира по новому проекту структуры Сайкс–Пико недостаточно. Он решил перекроить арабский регион географически и политически, а для достижения этой цели Запад начал искажать исламскую акыду; исследовав её, он принялся за внедрение своих поправок, тем самым преследуя разделение мусульман на множество различных конфликтующих учений. На фоне этого американская политическая и военная машина вместе с союзными силами принялись за «обрезку» исламской акыды и реформирование Ислама, чтобы слепить его заново в западном стиле.

В этом Западу помогают подконтрольные режимы, светские элиты и придворные учёные, которые направляют Умму и формируют капиталистический взгляд в сознании мусульман, прикрываясь такими словами, как «иджтихад», «умеренность», «компромисс», «упрощение», «обновление», «благое намеренье». Всё же, это преступное требование неосуществимо до тех пор, пока Коран — основа исламского учения — объединяет мусульман, разъясняя решения по существующим проблемам и событиям. Поэтому Запад был вынужден противостоять текстам Корана и механизмам, позволяющим понимать Книгу Аллаха и выводить из неё законы. Цель же состояла в том, чтобы исказить учение Ислама, лишить его законодательного потенциала и внести путаницу в нормы Шариата, тем самым породив разное понимание священных текстов, что, в свою очередь, приведёт к религиозным разногласиям, а затем — и к политической раздробленности.

Реальность, скрывающаяся за политической сценой

Прямой и наиболее эффективный в уничтожении какой-либо акыды путь лежит в подрыве основ этой акыды и в уничтожении источников законодательства, основополагающих текстов. Тогда акыда теряет свою особенность, уникальность, идеологичность и законодательную силу, а её структура разрушается с самых основ. Поэтому теоретики и учёные колониализма развязали ожесточённую войну против источников законодательства в Исламе, делая упор на Книгу Аллаха. Они извращаются в очернении Книги Аллаха и строят разные домыслы вокруг Корана.

Иногда они отрицают Книгу Аллаха в целом, либо пытаются подорвать доверие к ней и её аргументированности, а иногда приписывают ей элементы насилия и принуждения, подкрепляя свою деятельность лжесвидетельствами ради услужения своим коварным хозяевам. Для придания большей правдоподобности своей лжи они говорят о беспристрастности, объективности и прозрачных научных исследованиях. Они строят вокруг Корана коварные проекты, прибегая к цензуре, искажению фактов, самостоятельному пониманию и запутыванию структурности Корана, а также рассмотрению Корана в отрыве от Сунны.

Но самым опасным проектом против Корана, который осуществляется под прикрытием добрых намерений, неоспоримо, является проект отрыва Книги Аллаха от арабского языка путём перевода его смыслов на другие языки, якобы с целью «упростить понимание Корана другим мусульманам и разъяснить его высокие смыслы последователям других религий». Соучастники этого преступления прибегли к востоковедческой лжи о том, что «арабский язык является просто каналом донесения смыслов Откровения, как и другие языки, поэтому он может быть заменён другим языком без препятствий и без утраты Кораном своего качества, святости, подлинности и авторитета с точки зрения сохранения как источника законодательства и священного откровения, которые используются в служении Аллаху».

Исходя из этого и не вдаваясь в предварительные условия, после атак 9/11 западные и арабские круги были вовлечены в глобальную кампанию по переводу смыслов и толкований Книги Аллаха на большинство языков мира, включая живые и полуживые языки, особенно языки мусульманских неарабских народов и диалекты этнических меньшинств в арабском и исламском мире. Они пересчитали эти языки и диалекты, а затем выразили на них смыслы Благородного Корана. Поверхностный взгляд на подобные инициативы демонстрирует доброе стремление Запада узнать об Исламе, изучить его и ознакомиться с ним поближе, а также может показаться, что прилагаются усилия по поддержанию и укреплению Корана среди мусульманских народов, которые не являются носителями арабского языка. Однако за этими обманчивыми выводами скрываются враждебные политические действия со злыми намерениями и подрывными колониальными целями. Здесь необходимо отметить несколько важных пунктов:

Первый: арабский язык в Священном Коране — это не просто канал донесения, который может быть заменён другим, а, скорее, неотъемлемая часть смыслов Корана, как прямой речи (мантук), так и понимаемого смысла (мафхум). Без арабского языка Коран теряет свои качества, вызов, святость, авторитет и законодательную силу. Молитва (салят) принимается, только если она совершается на арабском языке. Вознаграждение обещано только за чтение Корана на арабском языке. Выводить законы возможно только из арабского Корана...

Второй: по причине языковых различий можно утверждать, что перевод является неким предательством в отношении оригинального текста, каким бы точным, честным и верным он ни был, даже если он сделан честными руками с искренними намерениями ради высоких целей. И это не только с устной и письменной точек зрения, но и богатства, точности, охвата, красноречия, силы выражения и способности к абстракции. В арабском языке даже есть пословица: «Переводчик — худший из предателей».

Третий: так не поступал ни Посланник Аллаха (с.а.с.), ни его сподвижники, ни первые завоеватели из числа мусульман. Посланник Аллаха (с.а.с.) доносил Коран арабам и неарабам в том виде, в каком он был ниспослан. Сподвижники считали арабский язык неотъемлемой частью Корана и Сунны. Завоёвывая народы, они доносили до них арабский язык подобно тому, как доносили Ислам, считая арабизацию одним из условий исламизации.

Четвёртый: перевод смыслов Благородного Корана исторически и политически связан с упадком мусульман, отделением энергии арабского языка от исламской энергии, а также с обострением персидско-шиитской враждебности по отношению к арабам-суннитам, особенно после создания Сефевидского государства. Так же перевод Корана связан с тем, что христианский Запад после Крестовых походов приступил к интеллектуальному сдерживанию Ислама путём изучения исламского просвещения, чтобы ответить и умалить учение мусульман, пробудить подозрения вокруг религии Аллаха и создать ядро для миссионерской и востоковедческой деятельности, а также для культурных нападок на мусульман.

Пятый: недавнее возрождение движения за перевод смыслов Корана совпало с ростом исламофобии, панической враждебностью к Исламу и мусульманам и яростной кампанией против арабского языка на устном и письменном уровне. Ещё это совпало с американской войной против «терроризма» и её гнусными проектами, направленными против мусульман, а именно — против мусульманских земель, людей, акыды и потенциала, подобно проектам демократизации, Нового Ближнего Востока и «Сделки века».

Таким образом, перевод смыслов Корана — это нездоровое явление в отношении Книги Аллаха, ниспосланной на ясном арабском языке, противоречие Сире Посланника Аллаха (с.а.с.) и его сподвижников, что чревато допущением серьёзных ошибок. Перевод смыслов Корана порождён периодом отсталости и интеллектуальным упадком мусульман, а также духом крестоносцев и шуубии (политическое движение в Халифате, отрицавшее исключительные права арабов на господство в государстве и привилегированное положение в Умме). Идея перевода возникла в востоковедческих центрах в эпоху колониализма и созрела в период христианско-иудейско-сефевидского альянса.

Подозрительное происхождение, сомнительная история и сама реальность, пропитанная кровью и войнами, побуждает нас поставить такое явление, как перевод Корана, под сомнение, осуждать его и посмотреть на него критически через идейно-политическую призму с точки зрения количества, авторов, точности, сроков и связи с колониальными проектами. Может, тогда мы рассмотрим суть подозрительного радушного отношения врагов к приветствию Книги Аллаха, внезапную доброту к мусульманам-неарабам и тревожное упорство в переводе смыслов Корана на все языки мира.

Переводы

Чтобы не оказаться многословным и не выглядеть слепыми сторонниками теории заговора, начнём с изучения уже проделанной работы, то есть с изучения готовых переводов с точки зрения их объёма, авторов, точности, сроков и связи с колониальными проектами. Первое, что привлекло наше внимание, это множество переводов на один и тот же язык. В общей сложности, имеется более 800 переводов Корана на 74 языках и диалектах по всему миру: 100 на урду, 95 на персидском, 80 на английском, 65 на турецком, 35 на французском, 30 на бенгальском, 22 на испанском, по 17 на индонезийском, немецком, азербайджанском и русском, по 15 на китайском и итальянском, 10 на иврите, 8 на берберском. Это наблюдение является краеугольным камнем нашего анализа. Отсюда будут расти корни всех наших выводов. Но в силу сухости этих сводок необходимо обогатить и усилить наше изучение проблемы. Для правильного анализа важно отметить несколько фактов:

Первый: большинство этих переводов появилось на свет хаотично, без какого-либо надзора, контроля или соблюдения святости Книги; они были изданы неисламскими учреждениями, включая те, что известны своей исторической, принципиальной и открытой враждебностью к Исламу, как, например, сионисты. Либо они были изданы в формате «частных» инициатив сторонами, которые являются либо подозрительными и неквалифицированными специалистами, либо связаны с ересью в адрес Ислама, как бахаи, кадйаниты и ахмадиты. Под наши подозрения попадает даже Комплекс имени короля Фахда по изданию Священного Корана, хотя бы из-за издания последнего перевода Корана на иврит.

Второй: большинство переводчиков полностью или частично не знают тот арабский язык, на котором был ниспослан Коран, из-за чего они стали размывать смыслы оригинального текста и полагаться в своём переводе на другие варианты переводов на различные языки. Это расширяет пропасть между оригинальным арабским текстом и переведёнными версиями, в которых накапливаются ошибки, открывая двери для фальсификаций и искажений.

Третий: для шиитских меньшинств в западной Индии и странах Африки к югу от Сахары был переведён не «Мусхаф Усмана», а искажённый шиитский «Мусхаф Фатимы», в который крайние батыниты ввели «суру» «Аль-Вилая», соответствующую их убеждениям. Кроме того, в «Мусхафе Фатимы» в суре «Аш-Шарх» добавлено предложение وَجَعَلْنَا عَلِيًّا صِهْرَكَ («Сделали Али твоим зятем»), а 12 аят суры «Аль-Лейль»:

إِنَّ عَلَيۡنَا لَلۡهُدَىٰ ١٢

«Воистину, Нам надлежит вести прямым путём», — они читают إِنَّ عَلِيُّنَا لَلْهُدَى («Наш Али ведёт прямым путём»). Точно так же 51 аят из суры «Кахф»:

وَمَا كُنتُ مُتَّخِذَ ٱلۡمُضِلِّينَ عَضُدٗا

«Я не беру в помощники тех, кто вводит других в заблуждение», — они читают وَمَا كُنْتُ مُتَّخِذَ الْمُضِلَّيْنِ عَضُدًا («Я не беру в помощники тех двоих, которые вводят других в заблуждение»), утверждая, что речь идёт об Абу Бакре и Умаре. Так они исказили в своём мусхафе многие аяты. А то, что они не смогли исказить письменно, стали искажать по смыслу через толкование. Например, относительно аята:

إِنَّ ٱللَّهَ يَأۡمُرُكُمۡ أَن تَذۡبَحُواْ بَقَرَةٗ

«Аллах приказывает вам зарезать корову» (2:67), — они говорят, что под словом «корова» подразумевается мать правоверных Аиша (р.а.). Проблема заключается в том, что такая интерпретация прямо отражается на переводе, где будет написано именно так, как они думают.

Четвёртый: во всех этих переводах в лучшем случае допущены грубые ошибки и искажения так, что они не отражают смысла оригинального текста, а в худшем случае тексты подверглись многочисленным преднамеренным отвратительным искажениям. Ниже мы рассмотрим некоторые примеры.

Евреи и перевод

В дополнение к переводу на иврит чистокровные евреи взялись за перевод Корана на различные языки по всему миру. Нет нужды напоминать, что евреи по отношению к Корану, Исламу и мусульманам никогда не соблюдали нейтралитет, объективность, беспристрастность, честность и точность. А кто думает иначе, тот пробил дно своего корабля и оказался на уровне политической слепоты. С самого начала исламского призыва евреи никогда не оставляли попытки исказить Коран. В Коране описано то, что они делали в эпоху Посланника Аллаха (с.а.с.):

يَلۡوُۥنَ أَلۡسِنَتَهُم بِٱلۡكِتَٰبِ لِتَحۡسَبُوهُ مِنَ ٱلۡكِتَٰبِ

«Искажают Писание своими языками, чтобы вы приняли это за Писание» (3:78).

Неудивительно, что их привычки сохранились до сегодняшних дней. Они яростно противостоят признакам исламского пробуждения: финансируют предвзятые переводы смыслов Корана и берут на себя бесплатное распространение тысяч копий подобных экземпляров, чтобы дискредитировать Ислам и исказить его законы. Ниже мы приведём некоторые примеры:

Аарон Бен-Шемеш, автор третьего перевода Корана на иврит, так переводит слова Аллаха:

وَخَاتَمَ ٱلنَّبِيِّ‍ۧنَ

«И печать пророков (или последний из пророков)» (33:40), — что складывается впечатление, будто Посланник Аллаха (с.а.с.) был наименее важным и наименее значимым из всех пророков. Те места Корана, где Аллах обращается к сынам Израиля, например:

يَٰبَنِيٓ إِسۡرَٰٓءِيلَ

«О сыны Израиля!» (2:47), — автор перевёл так, как будто обращение делается в единственном числе, чтобы описываемые в Коране качества еврейского народа приписывались только к отдельным лицам. Он также изменил некоторые аяты так, чтобы они соответствовали еврейским рассказам. Например, Аллах описал корову, сказав:

بَقَرَةٞ صَفۡرَآءُ فَاقِعٞ لَّوۡنُهَا

«Корова светло-жёлтого цвета» (2:69). Но автор написал в своём переводе «красного», чтобы это соответствовало еврейскому рассказу о каком-то «строении». Его перевод был в целом очень искажён, так как начал он свой перевод с элегии, обращённой к жене и отцам. В своём переводе он также сжимает каждые пять аятов в один стих, превращая их в простые цитаты и желая сделать из своего перевода очередной «вариант Корана».

Андре Шураки, автор восьмого перевода Корана на французский язык, намеренно размывал и изменял границы и расположение сур. Например, он не привёл всю «Аль-Фатиху» в начале своего перевода, а привёл половину суры, остановившись на словах:

ٱهۡدِنَا ٱلصِّرَٰطَ

«Веди нас путём» (1:6), — а остальное привёл в конце вместе с началом суры «Аль-Бакара». Он сознательно подобрал слова, которые искажают смысл Корана. Вместо того, чтобы перевести слово «الطَّلَاقُ» на французский как «divorce», что в точности отражает значение слова «развод», он перевёл как «repudiation», что означает «произвольное изгнание». Так он хочет показать, что Ислам унижает женщину. Автор не упускал возможности высмеять Ислам. Например, слово «فَلَكٌ» из аята:

فِي فَلَكٖ يَسۡبَحُونَ

«Плывут по орбитам» (21:33), — он перевёл на французский как «felouque», что означает маленький корабль. Таким образом, аят теряет всякий смысл, логику и серьёзность, и вызывает только смех, поскольку перевод получается следующим: «Ночь и день, солнце и луну. Все плывут на маленьком корабле». Злые намерения Шураки не обошли стороной и Посланника Аллаха (с.а.с.). В своём переводе слов Аллаха:

يَٰٓأَيُّهَا ٱلنَّبِيُّ

«О Пророк!» (33:59), — он использовал звательную частичку «ohé», которая применяется к животным, когда необходимо их подогнать. Бесстыдство автора достигло своего апогея, когда он переступил рамки приличия и этики в отношении Всевышнего. Слово «رَحْمَتِهِ» в аяте:

وَٱللَّهُ يَخۡتَصُّ بِرَحۡمَتِهِۦ مَن يَشَآءُ

«Аллах же отмечает Своей милостью, кого пожелает» (2:105), — он переводит на французский как «matrice», что означает «матка женщины». Теперь представьте, какой смысл аята получается в его переводе и как он высмеивает Аллаха, задевая чувства мусульман.

Все эти ничтожные переводы являются лишь примером того, что может произойти, когда вопрос перевода смыслов Книги Аллаха находится в руках врагов Исламской Уммы, ненавидящих Ислам, которые выдают себя за знатоков арабского языка и исламской культуры. Но мы смогли обнаружить всё это, потому что оно встречается в переводах Корана на известные живые языки, а что касается подобных переводов на малоизвестные языки или диалекты племён, то один лишь Аллах знает, сколько в них лжи и клеветы.

Достоверность Корана

Вся эта информация с переводами порождает в нас систематические подозрения и определённые политические настроения. Если переводы на разные языки имеют оправданность, как минимум, учитывая количество разных языков, однако множество вариантов переводов на один и тот же язык вызывает недоумение и сомнение. Учитывая вышесказанное, процесс перевода имеет негативные последствия, которые серьёзно угрожают единству Ислама и мусульман и ставят под сомнение достоверность, святость и подлинность Корана как основополагающего авторитета в религии и главной мотивации Уммы.

Даже если целью многократного перевода на один и тот же язык является пересмотр, поправка и улучшение качества, однако повторение этого процесса десятки раз (100, 95, 80, 65, 35...) одновременно и без малейшей координации никак не соответствует обычному процессу пересмотра, который направлен на поиск идеального и наиболее близкого перевода к оригинальному тексту. Скорее, это преднамеренное и плановое сталкивание исламского законодательства в хаос переводов, которые контрастируют по форме и содержанию, духу и значению.

Это создаёт путаницу, сеет семена сомнений, закладывает основание для пренебрежения текстом Корана, порождает подозрения насчёт бескорыстности Корана, удаляет из сердец уважение и почтение к Корану и приводит к неправильному взаимодействию с текстом Корана и толкованием. Многочисленность предполагает контраст и различие, неизбежно ведёт к противоречию, конфликту и искажению. Множество переводов также предполагает ошибку, упущение, непонимание, субъективную оценку и отсутствие точности в выражении из-за различий в характеристиках языков и различий в способностях переводчиков. Поэтому, в конечном счёте, перевод рассматривается как предательство в отношении оригинального текста. Отсюда и рождаются сомнения относительно достоверности текстов в таком огромном количестве переводов, и эти сомнения быстро перекидываются на сам Коран.

То, что в Пакистане есть 100 переводов Корана, в Иране — 95, в англоязычных странах — 80, а в Турции — 65, никоим образом не приближает неарабов к правильным нормам Ислама, как это утверждается и пропагандируется. Скорее, многочисленность переводов ведёт к неясности и создаёт основания для всяких обвинений, которые заключаются в том, что якобы текст Корана искажён и полон противоречий, что он подвержен ошибкам передатчиков и желаниям тех, кто его собирал, что он искажается политическими и мазхабными тенденциями и что в нём, как и в любой другой книге, что-то может быть добавлено или убавлено, что Книга подвергается цензуре и не защищена от речевых ошибок. Всё это является подготовкой к тому, чтобы сионистско-христианский альянс, как он это и планировал, нанёс удар по единству и ясности текста Корана, используя переводы. Цель же состоит в том, чтобы:

1. помешать мусульманам-неарабам обращаться к оригинальной версии Корана как к священной Книге, инструменту поклонения и основному источнику законодательства,

2. исказить Книгу Аллаха среди этих народов, таким образом упростив процесс пересмотра, цензуры и искажения подобно тому, как это было сделано с мусульманами по проекту демократизации,

3. окончательно закрепить неопределённость и многочисленность повествований, что ведёт к увеличению вариантов версий Корана, затем — многочисленности мазхабов, а затем — и религиозных толков. И всё это делается для создания нового мазхабно-религиозного основания, чтобы расколоть мусульман согласно вероучениям вдобавок к этническому и лингвистическому разделению.

Святость Корана

Три составные Корана — язык, неповторимость (муджиза) и святость — идеально дополняют друг друга. Они тесно переплетены и дополняют друг друга. Арабский язык является источником неповторимости Корана, неповторимость является источником святости. То есть святость Корана в конечном итоге зависит от арабского языка, как об этом говорит Аллах:

بِلِسَانٍ عَرَبِيّٖ مُّبِينٖ ١٩٥

«На ясном арабском языке» (26:195). С этой точки зрения, хаотичный и предвзятый перевод не только приводит к размыванию смыслов Корана, неуважению и размножению разных вариантов Священной Книги, но так же ведёт к упразднению и разрушению, стирая ту главную черту, из-за которой Коран служит средством поклонения и источником законодательства. В них и заключается святость Корана, которая, по сути, порождена объединением смыслов Откровения с арабскими словами, арабскими оборотами речи, арабским стилем, арабскими буквами и арабской вязью, что и говорит о неповторимости. Арабский язык является неотъемлемой частью смыслов Корана. Без него Книга теряет свою неповторимость и святость, становится обычной книгой, которая уже непригодна для чтения в обрядах поклонения.

И самое важное, без арабского языка Коран теряет свою законодательную силу, перестаёт быть конституцией, из которой вытекают нормы и законы. Иджтихад — это поиск решений Ислама на арабском языке, потому что обращение Аллаха означает то, на что указывает арабская речь с арабским пониманием арабских слов и стилей. Что касается перевода, то это, скорее, выглядит толкованием на иностранном языке, которое не может служить источником законодательства, потому что изменение оригинального языка Корана передаёт лишь некоторую часть смысла прочитанного, не говоря уже о полноценном охвате смысла священного текста. Язык и культура являются двумя сторонами одной медали, поэтому культура может быть выражена только на своём языке, что подтверждается религиозными идеологическими текстами. Что может больше выражать исламскую культуру, нежели Священный Коран?!

Отсюда просматривается уродливая сторона перевода: это процесс изъятия Корана из рук мусульман-неарабов, затем искажение его смыслов, уничтожение его законодательной силы, заслон перед его пониманием и истощение его энергии. Следовательно, перевод — это физическая ликвидация Священной Книги, несущей в себе акыду и Шариат, объединяющих Умму. Это неоценимая услуга для усилий Запада, предпринимаемых в рамках глобализации капиталистического мировоззрения ради искоренения Ислама под предлогом «терроризма» и высушивания источников Ислама как идейной и культурной опоры политических манёвров и военных действий, охвативших исламский мир.

Единство мусульман

Серьёзные последствия перевода выходят за рамки самого Корана и влияют на идеологическую и политическую структуру мусульманской общины, поскольку Коран является основополагающим текстом исламской идеологии, на которой строится Исламский Халифат. Перевод является частью проекта по раздроблению исламского мира, который богат учениями, расами и языками, чтобы затем перенастроить мусульман в соответствии с интересами колонизатора. Для этого, во-первых, колонизатор вносит раскол между арабами и остальными мусульманами, разрушая доктринальную связь между ними, а именно — арабский Коран. Во-вторых, он разделяет арабский мир, побуждая этнические меньшинства, которые составляют тело Уммы, отделяться друг от друга, предотвращает их расплавление и смешивание с арабским компонентом в тигле исламской акыды.

Подкармливание националистических тенденций в этих меньшинствах, возрождение их вымирающих языков и диалектов, а также переводы Книги Аллаха на эти языки направлены на то, чтобы обеспечить меньшинства компонентами, необходимыми для отделения, прежде чем начать использовать их в качестве топлива для разжигания войн в Умме и истощения её организма. К такой хитрости колонизатор стал прибегать из-за того, что его проекты, нацеленные против мусульман, разбиваются о скалу исламской акыды. Акыда мусульман похожа на раствор, который укрепляет и поддерживает кирпичи исламского мира, и похожа на тигель, в котором расплавляется мозаика рас, языков и этнических групп, несмотря на искусственное и принудительное разделение со стороны колонизатора.

Перед лицом невозможности извлечь эту веру из сердец мусульман, как минимум, можно превратить её из фактора строения, силы, объединения и возрождения в кирку разрушения, разделения, слабости, распада, деградации и отсталости, взорвав строение изнутри и разрушив его на разные виды Ислама в зависимости от региона, национальности, этноса, мазхаба и тариката, различающихся и враждующих друг с другом по своим особенностям с точки зрения понимания акыды, Шариата, ритуалов и святынь.

Эти устремления колонизатора кажутся невозможными до тех пор, пока основополагающий текст акыды один. Таким образом, он был вынужден нанести удар по целостности Священного Корана, чтобы создать разнообразие, которое приведёт к некой форме религиозного плюрализма. Следовательно, каждая страна будет иметь свой собственный Ислам и Коран, каждый мазхаб будет иметь собственный Ислам и Коран, каждое расовое, этническое, языковое или диалектное меньшинство будет иметь свой Ислам и Коран. Этой цели колонизатор добивается через множество механизмов, возможно, самой подлой из которых является навязывание для каждой группы собственного правового мазхаба и версии Корана, особенно беспорядочного и предвзятого перевода Книги Аллаха.

Таким образом, становится ясно, что перевод используется для поддержания американских проектов против Ислама и мусульман, таких как демократизация, разделение и глобализация капиталистического мировоззрения. Более того, переводы подготавливают мусульман к принятию таких проектов, как «Сделка века», особенно учитывая последний, десятый перевод Корана на иврит. Прежде чем углубиться в этот вопрос, мы сформулируем проблему политически и поместим её в исторический контекст.

«Израильская» проблема

Проблема еврейского образования заключается не в наличии государства, поскольку оно уже существует с 1948 года. Скорее, проблема заключается в устойчивости и сохранении этого образования. Если колонизатор останется чужеродным объектом, который не будет признан людьми на местах, тогда его ожидает неизбежный крах даже спустя сотни лет и смены множества поколений. Примером тому служат крестоносцы на Востоке. Этот исторический и политический урок был хорошо усвоен идеологами империализма и сионизма, которые понимали, что если сионистский проект на палестинской земле будет осуществлён огнём и мечом, тогда он обречён на провал, потому что важно не только оккупировать землю, но и закрепиться на ней, создать подходящую безопасную среду для иудаизации и грабежа.

Единственный способ добиться этого — заставить регион принять и признать оккупированные земли за иудеями, оправдав их преступления. Однако в течение первых шести десятилетий конфликта было достигнуто лишь формальное признание, которого удалось добиться огнём и мечом, предательствами и несправедливыми международными решениями, внесёнными в послужной список светских режимов, установленных над арабами. Однако такое признание не отвечает потребностям безопасности «Израиля», потому что это лишь чернила на бумаге.

Исламская идентичность по-прежнему заставляет людей отвергать оккупанта, тем более что иудеи-оккупанты упорствуют в своём высокомерии. Поэтому им необходимо предпринять усилия для извлечения признания из уст исламистов, сторонников Шариата, чтобы завоевать доверие людей и иметь возможность реализовать свою цель на местах. Тем более, движение «ФАТХ» утратило авторитет после разоблачения предательства, и оно больше не имеет права идти на уступки от имени палестинцев, а также арабов и мусульман.

Поэтому евреи и их союзники устремились вовлечь в процесс нормализации отношений исламские движения, самым популярным из которых является движение сопротивления «ХАМАС». В 2006 году они включили это движение в политический процесс, чтобы сделать его участником власти на основе соглашений в Осло, а затем добиться от него необходимых уступок. Затем сионисты оказали на «ХАМАС» политическое и военное давление, чтобы добиться от него того, чего добились от движения «ФАТХ», а именно — постепенное признание «Израиля» и приручение к этому своих последователей. Это было достигнуто в 2017 году, когда «ХАМАС» опубликовал документ «Принципы и общая политика», в котором движение отказалось от своей исламской направленности, чтобы освободиться от обвинений в экстремизме и антисемитизме, согласилось работать под эгидой «ФАТХ» и согласилось с построением палестинского государства в границах 1967 года, косвенно признав за евреями земли 1948 года.

Эти коварные уступки со стороны «ХАМАС» были расценены палестинцами как присоединение к «ФАТХ». Так «ХАМАС» потерял своё лицо и право представлять народ и других арабов и мусульман в конфликте с еврейским образованием. Он не отрицал, что конфликт носит исламский характер и что исламисты являются главной опорной силой Палестины и её святынь. Однако события показали, что движение «ХАМАС» утратило свою исламскую направленность. Таким образом, Ислам и исламисты остались предметом надежд палестинского народа и Исламской Уммы в освобождении первой кыблы — аль-Аксы — от евреев.

Поэтому «Израиль» снова оказался на исходной точке в проблеме безопасности. Все политические и военные манёвры, которые он предпринимал вместе со своими прихвостнями и друзьями, не остудили пыл мусульман и не убили в них надежду на полное освобождение Палестины и исполнения обещания Аллаха. Сионисты были вынуждены перейти в идейное наступление, то есть проникнуть в исламскую причину конфликта и склонить саму исламскую акыду к нормализации. Это привело бы к потере надежды и доверия к исламскому источнику в Умме и подтолкнуло бы мусульман к вынужденному признанию статуса-кво «израильтян». Невозможно извлечь из сердец мусульман исламскую акыду, как и отвратить их от добровольного подчинения Исламу и лишить их причины конфликта.

Однако можно оседлать эту волну и использовать её для служения проекту христианско-сионистского альянса на земле Исры и Мираджа. Это требует подчинения Священного Корана демократизации и борьбе с «терроризмом» путём удаления джихадистских и антисемитских аятов, которые атакуют преступную сущность евреев и разоблачают их, а также путём удаления аятов, в которых признаётся право мусульман на благословенную землю и её святыни. Затем евреям нужно, чтобы Коран разрешил бездействовать в отношении иудейской агрессии. То есть им нужно извлечь из Корана признание и нормализацию, ограничив Книгу духовно-религиозными рамками. Возможно, они и добьются признания Исламской Уммой оккупации и статуса-кво «израильтян», чтобы евреи достигли нового уровня безопасности и стабильности.

Переводы и «Сделка века»

Своим сложным замыслам евреи не могут подчинить оригинальную арабскую версию Священного Корана, поскольку он высечен в сердцах мусульман, особенно Мусхаф Усмана. Но, теоретически, на другом языке это может быть достигнуто посредством предвзятых переводов смыслов Книги Аллаха. Исходя из этого, без предупреждения и без необходимости, одновременно и параллельно с началом процесса «Сделка века», министерство по делам Ислама Королевства Саудовская Аравия начало кампанию по переводу смыслов Корана на 74 языка и диалекта по всему миру под управлением и дальнейшим выпуском переводов Комплекса имени короля Фахда по изданию Священного Корана. Одним из наиболее заметных переводов по этой программе является перевод на иврит.

Это было сделано доктором Асъадом Нимром Басулем, палестинским мусульманином, который прожил в Америке 20 лет. Перевод также был утверждён палестинским мусульманским доктором Тайсиром Хасаном Мухаммадом аль-Аззамом. Однако палестинский исследователь Аляуддин Хаммад Ахмад обнаружил в этом переводе более 300 ошибок, начиная от ошибок в переводе слов и муташабих аятов, заканчивая типографскими ошибками, с добавлением или убавлением одной или нескольких букв. Так же не стали исключением и намеренное внедрение и переплетение коранических историй с ложными и искажёнными иудейскими рассказами (исраилият).

Например, в переводе говорится, что Ибрахиму (а.с.) было приказано принести в жертву Исхака, а не Исмаиля, или что у Ибрахима было два сына — Исхак и Якуб, и не было никакого Исмаиля. Это ошибки, которые влияют на саму исламскую акыду и соответствуют еврейским повествованиям. Первая ошибка, обнаруженная исследователем, касалась перевода названия «Коран аль-Карим», когда прилагательное «аль-Карим» (Благородный) было заменено другим прилагательным. Также словосочетание «ахлю аль-китаб» было переведено, как «христиане», т.е. иудеи не упоминались в тех местах Корана, где речь шла об ахлю аль-китаб в целом. Всевышний Аллах говорит:

وَقَالَتِ ٱلۡيَهُودُ لَيۡسَتِ ٱلنَّصَٰرَىٰ عَلَىٰ شَيۡءٖ

«Иудеи сказали: «Христиане не следуют прямым путём» (2:113). Кроме того, в переводе Нимра Басуля имя Мухаммада (с.а.с.) было вычеркнуто из списка пророков, прилагаемого к переводу. Исследователя шокировало то, что автор перевода использовал термин «храм» вместо «мечеть аль-Акса» в первом аяте суры «Аль-Исра»:

سُبۡحَٰنَ ٱلَّذِيٓ أَسۡرَىٰ بِعَبۡدِهِۦ لَيۡلٗا مِّنَ ٱلۡمَسۡجِدِ ٱلۡحَرَامِ إِلَى ٱلۡمَسۡجِدِ ٱلۡأَقۡصَا

«Пречист Тот, Кто перенёс ночью Своего раба из Заповедной мечети в мечеть аль-Акса» (17:1). Также в 28 аяте суры «Ас-Саджда» использовано слово «аль-хукм» (власть) вместо слова «аль-фатх»:

وَيَقُولُونَ مَتَىٰ هَٰذَا ٱلۡفَتۡحُ إِن كُنتُمۡ صَٰدِقِينَ ٢٨

«Они говорят: «Когда же свершится этот суд, если вы говорите правду?» (32:28). В то же время довольно подозрительно, например, когда Эмираты выпускают новый экземпляр Корана, в котором название суры «Аль-Исра» было заменено названием «Сура Бани Исраиль».

Этим наглым шагом по отношению к Книге Аллаха они хотят, чтобы мы углубились в иудейскую ментальность и узнали, как они воспринимают Ислам, Коран и Пророка (с.а.с.). Еврейские переводчики исходят из своих убеждений, которые заключаются в том, что Священный Коран — это «книга, полная противоречий, которую Мухаммад выхватил из уст священников и раввинов, черпающих знания из Торы, Библии и Талмуда», и что «он добавил к тому, что было упомянуто в Торе, лишь некоторые незначительные элементы». Поэтому, в их понимании, Ислам — это не что иное, как «арабский иудаизм, который соответствует арабам с их отличиями».

Андре Шураки говорит об этой теории: «Коран в оригинальной версии был написан на иврите, а затем плохо переведён на арабский». Эта клевета дополняет картину еврейского решения палестинской проблемы, раскрывая политическое и идеологическое послание, адресованное мусульманам, в котором они утверждают, что исламская акыда тоже поддерживает сионистский проект в Палестине. Они надеются, что это поможет мусульманам переосмыслить и принять «Сделку века».


Смысл послания заключается в следующем: «Мы, евреи, согласны с мусульманами и готовы для решения проблемы обратиться к исламскому источнику. Но мы больше, чем они, преданы этому источнику. Мы вернулись к первоначальному виду и оригинальному тексту на том языке, на котором он был написан до того, как был переведён на арабский язык.

Мы обнаружили, что этот источник явно стоит на стороне сионистского проекта в Палестине. Он признаёт наличие «храма» и поддерживает его восстановление на месте мечети аль-Акса. Он так же возвещает о мировом правительстве (когда же свершится эта власть), на которое надеются наши братья-масоны. Если вы сомневаетесь, то ведь это было высказано и проверено двумя палестинскими мусульманами, которые следуют правде во всех смыслах. Здесь падает идеологический и психологический барьер, препятствующий нормализации. Таким образом, принятие статуса-кво «Израиля» — это не предательство и не пренебрежение святынями, а, скорее, возвращение к наследству нашего прадеда Ибрахима. И потом, у вас, мусульман, нет выбора. «Сделка века» будет осуществлена огнём и мечом, и это не подлежит обсуждению. Но это — возможность для вас, которую нельзя упускать. В противном случае вас ждёт судьба мусульман Китая и Индии».

Премьер-министр «Израиля» Биньямин Нетаньяху подытожил эту кампанию против Ислама и мусульман: «Мы сделаем их Ислам таким, который подходит нам. Мы построим «новый Ислам», который позволит нам достичь наших целей. Ислам, который разрешает убийства и кровопролитие, а также распространение порока и хаоса. Мы будем подпитывать сектантство, затем вооружать стороны, и начнётся борьба. Тогда арабский мир будет разделён по религиозно-сектантскому признаку. Мы обеспечим непрерывность внутренней борьбы между ними и гарантируем отсталость и отсутствие роста среди них. Что более важно — они будут сражаться против своих армий вместо нас. Это сэкономит нам много солдат и денег».

Мусульмане должны осознать и разрушить план, который состоит в том, чтобы таким хитрым способом распространить переводы смыслов Корана. Этими переводами они не только хотят осуществить свои замыслы, но и заменить религию Аллаха. Они хотят уничтожить единство мусульман в акыде, законодательстве и политике. Всевышний Аллах говорит:

وَقَدۡ مَكَرُواْ مَكۡرَهُمۡ وَعِندَ ٱللَّهِ مَكۡرُهُمۡ وَإِن كَانَ مَكۡرُهُمۡ لِتَزُولَ مِنۡهُ ٱلۡجِبَالُ ٤٦

«Они строили свои козни, но их козни были у Аллаха. А ведь козни эти могли сдвинуть горы» (14:46).

Мусульмане должны понять и ответить на их козни, осуществив слова Аллаха:

وَلَا يَحِيقُ ٱلۡمَكۡرُ ٱلسَّيِّئُ إِلَّا بِأَهۡلِهِ

«Но злое ухищрение поражает только тех, кто творит зло» (35:43).


Д-р Бассам Фархат