Арабский язык и сила, кроющаяся в нем


Имеется немного серьезных исследований, касающихся величия арабского языка и его влияния в установлении исламского государства. Того мыслительного установления, основанного на основе сокровищ этого языка, которые нужно распространять, и опираться на них в заложении идейных и фикхий основ, дабы вопрос заботы о языке занял свое соответствующее место.

Возможно, эта краткая статья является частью этой цели, и это обращение внимания (в пылу идеологической и политической борьбы) на проявления интереса к арабскому языку как к вопросу, который по своей важности не менее важен, чем другие политические и идеологические вопросы. Арабский язык не является языком тех неизменяемых законов и готовых шаблонов, которые лишены любого общего политического и культурного аспекта.

Любой язык считается емкостью мыслей и просвещения для каждого, кто говорит на нем. И язык не был просто средством общения. Напротив, во все времена он был объединяющим, отличительным атрибутом, который имел такую же значимость как религия, которая предоставляет свою доктрину и законы посредством этого языка. И это не касается только какого-то языка. Напротив, он похож на утвержденный закон в сознании любой группы, которая воплощает обычаи своей жизни посредством своего языка. Однако с арабским языком это еще яснее из-за многочисленных соображений.

Арабский язык сформировался на протяжении многих поколений, и из него было взято и в него было внесено. Его формы и слова были изменены и расширены значения слов, что похоже на внутренний закон, который управляет им. В этом он похож на другие языки на том основании, что язык является живым и шествует вместе с цивилизацией человечества и развивается вместе с ним, дабы понести то, что было изобретено человеческим умом и порождено его фантазией.

Арабский язык прошел этапы, перечисленные теми, кто говорит о его филологии и истории. Однако то, что интересует нас в этой статье это внутренний эволюционный закон, который кроется в нем. И, может быть, самым важным фактором его ясности является множество словарей арабского языка и сложность его языковых элементов, многочисленность морфологических форм и признание закона приставок и окончаний, которые несут различные значения, доходящие до противоречащих корню значений. Отсюда мы можем понять слова одного из имамов арабского языка ибн Джинний. В своей книге «аль-Хасаис», делая комментарий на изменения, которые бывают в значении слова, когда есть голосовые изменения, он говорит: «Подбери близкие слова, дабы найти близкие значения». Он выражает это явление следующими словами: «Эту глыбу арабского языка невозможно объять и большая часть речи арабов такая». Этот языковой закон подтверждают некоторые современные ученые, говоря: «Добавочное в языке, равно было ли это в морфологии или синтаксисе имеет значение. А добавочным оно было названо для морфологической или синтаксической терминологии. И добавочное имеет морфологическое или синтаксическое значение. И это является действительностью в языке».

С другой стороны арабский язык характеризуется таким явлением, что имеет различные значения в зависимости от контекстуальной грамматической структуры. Все это в совокупности создало словарную энциклопедию и огромную языковую культуру. Несмотря на все это ты увидишь, что существует недостаток в каждом словаре, недостаток, который нельзя заменить всеми собранными словарями. Потому что человеческие усилия, насколько они огромными не были бы, не смогут абсорбировать весь язык.

Некоторые стороны этого недостатка были выявлены некоторыми исследователями древних рукописей. Они указали на то, что многие слова в языке, содержащиеся в этих рукописях не существуют ни в одном из словарей. Они вынуждены добавлять в словари новые слова с их значениями, которые они поняли из контекста. И это делает значения относительными. И здесь приводятся слова некоторых ученых: «Арабский язык может охватить только пророк». В своей книге «аль-Музхир» Суютий приводит слова ибн Фариса относительно этого выражения: «Эти слова являются правильными, потому что до нас не доходило, чтобы кто-то из предшественников утверждал, что он выучил весь язык».

Это является частью нашего языка и должно быть хорошо известно, что он имеет очень большое значение в движении арабского языка и исламского учения. И мы можем понять некоторые его тайны, отслеживая источники арабского языка, где доисламская арабская поэзия стоит во главе этого, ибо она образует сборник речи арабов. Эти стихи считаются хранителями арабских слов и их значений. А также хранителями их мыслей, образа жизни, способов выражения и законов контекстуальной синтаксической формы. Все это делает доисламскую арабскую поэзию важным источником толкования Корана. Это неповторимая языковая структура, которая ниспослана на таком языке, который был известен арабам и они были в нем знатоками. Они знали тайны его красноречия, изысканности и недостатки. И в Коране нет ни одного слова или значения, которое не было бы известно арабам.

В Коране нет ничего нового для арабского языка, равно касалось ли это слов, значений или языковой структуры. И все это на арабском языке. А если это не было бы таковым, то не было бы чудотворности и вызова. Пока этот язык является арабским языком, этот метод является этим методом, а смыслы этими же смыслами, все же арабы не смогли принести подобие Корану. И здесь кроется риторическая и языковая чудотворность, которая заключается в том, как говорят филологи, что Коран цитирует все особым образом, охватывая значение без убавлений и добавлений. Каждое слово приводится в таком месте, что невозможно заменить его другим. И это является тайной. Кто может знать слова и их общие роды полностью за исключением Корана, который оповещает об этом?!

В своей речи о языковой недосягаемости Корана и неспособности людей привести подобное Аль-Хаттабий говорил: «Люди не смогли привести подобное из-за трех факторов: своими знаниями они не могут охватить все слова арабского языка и их значения, они не могут постичь все значения тех слов, они не обладают знаниями всех стилей, которые связаны друг с другом, дабы достичь лучшего из лучшего и привести подобие. В таком случае чудотворность остается такой. Это важная сторона силы арабского языка, которая не исчезает, чтобы не произошло».

Однако это не означает, что арабский язык является священным или носит религиозный характер в том смысле, что нет места в нем для творчества и инноваций, или же он непроизводный и не может идти в ногу с прогрессом. Если бы это было так, то Коран негативно воздействовал бы на арабский язык и посеял бы семена гибели с самого начала, когда он начал выражать идеи и смыслы. Но Коран привел арабский язык в положение постоянного обновленного духа на том основании, что коранический язык богат смыслами, которые не заканчиваются. В словах Корана есть влияние смыслов на будущее, которые раскрываются для человека в момент чтения. И ты будешь выявлять для себя новые значения, и видеть чудо с истечением времени. Это книга, которая не перестает удивлять.

Ученые усуль фикха осознали важность языка и сделали владение арабским языком одним из условий ижтихада, без которого не может обойтись мужтахид, какими огромными знаниями он не обладал бы в сфере шариата. Потому что это язык религии и язык мысли и истории. Известно, что языковые различия между учеными-филологами были тяжелыми и серьезными, и они убеждают и обогащают разногласия в фикхе и понимания шариата, которые были местом разногласий среди ученых во все времена. А это в свою очередь фактор скрытой силы и мощный двигатель для арабского языка, которым нужно воспользоваться в полной мере.

И арабский язык, с точки зрения того, что он является сосудом идей Ислама, имеет особое значение. И это значение является политическим в первую очередь, как во внутренней, так и во внешней основе. Этот язык с момента возникновения первой исламской политической организации в Медине и до последнего исламского государства – Османского государства – был официальным языком государства. Он не отступал от своей позиции до конца османского правления, пока не начался призыв к национализму, когда распространился арабский и турецкий национализм и пошла борьба против арабского языка и ученых арабов.

Это было началом войны, которая не стихала, и жестоким нападением на этот язык в тени движения младотурок. Это было расистское движение, которое разделило Умму на враждующие народы и на нации, что привело к разобщенности, пустоте, и запустению тела Уммы, и она стала разрозненной как в языковом, так и в географическом плане.

Война против языка приняла различные формы после этого. И она не разожглась бы, если бы не те правители, не принадлежащие к мыслям Уммы. Они принадлежали к идеям Запада и его заблудшим инновациям. И в основном все было связано с возрождением национализма и связывания всего с ним. Даже некоторые из интеллигентов, которые защищали арабский язык, защищали его с национальной точки зрения, а не с исламской и религиозной точки зрения.

Это, конечно же, не было первым недостатком. Пренебрежение языком предшествовало этому, когда к власти начали приходить те, которые не владели арабским языком. Это было в шестом веке хиджры. Мусульмане перенесли, по меньшей мере, две утраты: первая – подавление движения языка и ликвидация его развития. Они заставили его уйти в глубокий сон. И вторая – потеря законодательной и судебной практики, которая давала жизнь Умме и заставляла ее идти в ногу со своей культурой.

Можно сказать, что причиной упадка, в котором находится Умма, является постигшая их слабость в понимании Ислама. Причиной этой слабости явилось отделение энергии арабского языка от исламской энергии во время пренебрежения арабским языком в понимании Ислама. И пока энергия арабского языка не сольется с исламской энергией так, чтобы арабский язык, который является языком Ислама, стал существенной и неотделимой его частью, то мусульмане будут продолжать пребывать в упадке. Потому что энергия арабского языка несет в себе исламскую энергию и сливается с ней так, что возможно понимание Ислама полным образом только при помощи него. И пренебрежение им сделает ижтихад в шариате утраченным, ибо невозможно совершение ижтихада в Исламе без арабского языка. Он является необходимым условием для ижтихада и необходимостью для Уммы, ибо Умма не может развиваться без наличия ижтихада.

По-видимому, слабость в языке, в понимании, привела к неспособности вывести шариатский закон. Государству стало тяжело понимать законы и, естественно, стало трудно претворять их, что привело к решению проблем таким методом, который ближе к экспромту. Это имело огромное влияние на государство, что ослабило его, и ослабило понимание возникающих проблем, которые не стали решаться или же решались неправильным образом. Это увеличило проблемы государства до такой степени, что оно стало слабым и оказалось на грани исчезновения. Это вызвало анархию и внутренние беспорядки среди людей и имело негативные последствия на правление по исламскому шариату, где дело дошло до того, что начались претворяться иностранные законы под предлогом непротиворечия их Исламу. И в Ислам проникло то, что не имело к нему отношения. И таким образом разрушения произошли во внутренней идейной сфере, что считается сильным фактором в разрушении государства. Если же произойдет внутреннее разрушение, политическое и военное, то разрушится государство и исчезнет правление.

Это, к сожалению, было болезнью османского государства, и оно уже не было идейным и законодательным на основе ижтихада. Напротив, оно было государством, имеющим суфийскую ориентацию правителей внутри страны, и военное господство и политическую власть за ее пределами. А когда ослабли армии, то вскоре ослабло и государство, чтобы, в конце концов, прийти к становлению светской Турции.

Остается важный момент этого разговора – это связь языка с его приверженцами на основе принципов взаимности и диалога. Живой язык живет среди живого народа и дает ему энергию и силы взамен на то, что он будет давать ему силы в мышлении. И неудивительно, когда мы говорим, что первый упадок в положении мусульман был по причине пренебрежения языком. И исламское государство не будет сильным как идеологически, так и в реальности, если не будет проявлять интерес к арабскому языку в первую очередь. И только тогда будет процветать и идейная сторона и ижтихад. Государство должно подготавливать для этого силы, ученых, мужтахидов, филологов и воспользоваться языковым богатством, который открывает горизонты для точного знания вопросов большой сложности, для познания языковых терминов и их комбинаций и смыслов, что облегчает доступ к сердцам.

Поистине, партия, работающая для изменения реальности, которая определила болезнь, идя по пути правильного идейного развития, взяла во внимание эту важную сторону языка Корана и других шариатских текстов. Призыв к проявлению интереса к арабскому языку и его оживлению, а также распространение языкового сознания среди действующих индивидов является большим призывом и важным для развития в осуществлении поставленных целей. Для этого необходимо понимание коранических и шариатских текстов с точки зрения того, что они являются законодательным источником. И необходимо, чтобы они понимались в свете языка, его методов, смыслов, дабы понять Ислам правильным и законодательным образом в соответствии с новыми событиями, которые нуждаются в решениях.


Фирас Хадж Мухаммад

Палестина