Гражданское общество и его организации: ложность того, на что опирается гражданское общество из западных идей – «исламизация» (6)

Предыдущая тема закончилась раскрытием основ развития гражданского общества, которыми являются капитализм, секуляризм и либерализм, а также тем, что оно опирается на ложную западную идею. До этого мы рассматривали историческую и политическую стороны гражданского общества. В этой же теме мы рассмотрим ложность того, на что опирается гражданское общество из раздела западных идей «исламизации» данного понятия.

Существует ряд второстепенных идей, на которых строится гражданское общество. Эти идей распространились среди Исламской Уммы в качестве идейной замены основных исламских концепций или в качестве «сочетающихся» с ними. Эта категория концепций является попыткой ввести мусульман в заблуждение, и некоторые люди, попав под влияние этих мыслей, призывают к ним, говоря, что это – идеи Ислама, или что они совместимы с Исламом, хотя, на самом деле, они занимают мусульман требованием второстепенного и отвлекают их от идей коренного решения их проблем. В результате попытки идейной «гибридизации» этих концепций и попыток внедрить их и облачить Исламом некоторые мусульмане стали признавать и принимать кое-что из этих мыслей. Эти концепции включают в себя понятия гражданства, современности, плюрализма, участия в политической жизни и деволюцию (т.е. делегирование, передача полномочий) власти. Ниже следует обсуждение этих концепций с точки зрения Ислама.

Во-первых, недействительность (с точки зрения Шариата) концепции гражданства, являющейся опорой гражданского общества.

Гражданство – это просто принадлежность к земле и родине с исключением иной принадлежности и других привязанностей. Считается, что родина – это прибежище, место, откуда произошли предки, откуда исходят корни там живущих людей. И на основе этого человек имеет равные права с другими гражданами, известные как понятия прав человека: гражданские, политические, экономические, социальные и культурные права; гражданин стремится выполнить ряд обязанностей по отношению к государству, к которому он принадлежит. И обычно эти понятия воплощаются в виде правового позитивизма.

И как упоминает один из авторов: «Гражданство в настоящее время является стандартом, мерилом, различающим между иностранцем и местным. Это понятие – современное, светское, которое различает людей на основе гражданской принадлежности, а не религиозной».

Некоторые авторы считают, что гражданство является бьющимся сердцем понятия «демократия» или является её душой, а, следовательно, отвергать сердце и душу – значит отвергать демократию.

Понятие о гражданстве поднимается как одно из столпов гражданского общества и как область его развития для того, чтобы отвлечь мусульман от единства на основе акъыды, а также для того, чтобы противостоять идеологическим чувствам мусульман, мечтающим об этом единстве. Согласно документу «Иордания прежде всего», представленному королю Абдуллаху, который был подготовлен по его же просьбе, подтверждается, что понятие гражданства выдвигается в борьбе с теми, кто требует претворения Ислама – с теми, кого они называют экстремистами. Документ предусматривает следующее: «Иордания прежде всего – утверждение понятия гражданства как основного права каждого гражданина Иордании, гарантированного Конституцией, и оно не должно быть нарушено. И это является положительным фактором, способствующим усилению понятий о политическом участии и способствующим борьбе с негативными тенденциями под заглавием «Нет предпочтения одного человека над другим, кроме как в том, что он предоставляет родине и своему народу»». Таким образом, текст предлагаемого документа предназначен для аннулирования критериев богобоязненности и благочестия и для замены их на критерии родины и гражданства!

Следовательно, источником концепции гражданства является родина, а не религия, и религии не даётся какая-либо роль в организации жизни, не признаются различия на основе веры и нет никакой разницы между мусульманином и вероотступником в правах и обязанностях. Эти понятия полностью отличаются от концепции Ислама, где законы Шариата обязывают убить мусульманина-вероотступника, если он не раскаялся. И потом, концепция гражданства связывает людей на основе патриотизма – связи, которая не является идеологической связью, и поэтому она не является постоянной и не пригодна для того, чтобы сплотить народ. А связь на основе Ислама связывает мусульман акъыдой Ислама, а это – идеологическая связь, обеспечивающая устойчивость и сплочённость. Ислам основывает ответы на все вопросы на исламской идеологии, поэтому родина, патриотизм и гражданство не имеют никакого места в устроении жизни и системы, так как Ислам основывается только на законах Шариата, и не более.

Исламское подданство – это не светское гражданство.

Термин гражданство среди некоторых мусульман может перепутаться с понятием подданства Исламского Государства или с другими подобными терминами и синонимами, которые используют факихи, как, например, «гражданство, подданство», «жители территорий Ислама». Подобные сходства могут запутать мусульман. Подданство или гражданство в Исламском Государстве относится к тем, кто проживает в Дар уль-Ислам, то есть к тем, кто подчиняется правлению мусульман и живёт в пределах границ Исламского Государства, независимо от их родины. Это, конечно, полностью отличающееся от вышеописанного гражданства понятие, поскольку гражданство в Исламском Государстве имеют мусульмане и зиммии – немусульмане. В книге «Система правления в Исламе», изданной Хизб ут-Тахрир, в главе под названием «Формы правления в Исламе» говорится: «Метод Ислама в правлении является таковым, что он одинаково относится ко всем гражданам во всех частях государства. Ислам запрещает национализм и предоставляет немусульманам, имеющим гражданство Исламского государства, права и обязанности граждан. К ним – такое же справедливое отношение, как и к мусульманам, и такое же требование справедливости, как и от мусульман. Более того, исламское правление не предоставляет ни одному гражданину государства, к какому бы мазхабу он ни относился, прав, которых не имеют другие, даже если он является мусульманином. Этим равноправием исламская система правления отличается от имперской системы…».

Следовательно, люди в Исламском Государстве без какого-либо различия имеют гражданство, но основа, критерий данного понятия полностью отличается в шариатской основе и в основе демократии.

Люди, с точки зрения исламского Шариата, равны перед законом – равны в вопросах, связанных с их человеческой сущностью, но между мусульманами и зиммиями есть чёткие различия в законах Шариата согласно их верованиям: например, джихад является обязанностью мусульман, однако зиммий не обязан в нём участвовать, но зиммий, в свою очередь, обязан платить джизью.

Согласно концепции гражданства, каждый гражданин имеет право баллотироваться на пост правителя, в то время как Ислам даёт это право только мусульманам, но, в то же время, немусульманам позволяется входить в состав Совета (Шуры), потому что Шура – это не правление, как говорится в книге «Система правления в Исламе», в главе «Решение Шариата относительно Шуры» в разделе «Членство в Маджлис уль-Умма»: «Каждый разумный и достигший совершеннолетия гражданин Исламского Государства имеет право быть избранным членом Маджлис уль-Умма и избирать членов Маджлис уль-Умма, независимо от того, мужчина он или женщина, мусульманин или немусульманин. Причина этого заключается в том, что Маджлис уль-Умма не обладает никакими полномочиями в правлении и законодательстве, а является лишь уполномоченным народом органом в деле выражения мнения народа».

В этой книге также разъясняется вопрос равенства в общечеловеческих вопросах; там говорится: «Ислам смотрит на население, находящееся под его правлением, с общечеловеческой точки зрения, невзирая на религиозную принадлежность людей, их нацию и пол. Намеченная для них политика правления учитывает лишь только их человеческое состояние, дабы это правление было во благо человечеству, чтобы вывести его из тьмы к свету. А поэтому граждане Исламского Государства равны в правах и обязанностях, касающихся человека как такового с точки зрения распространения на всех действий законов Шариата. И разрешающий споры кадий, и управляющий правитель смотрят на всех людей одинаково как на граждан Исламского Государства, не проводя между ними никакого различия».

Проект Конституции Исламского Государства (приготовленный и изданный Хизб ут-Тахрир) определяет все эти права и обязанности в соответствии с законами Шариата. В пятой статье данного проекта говорится: «Все граждане Исламского Государства имеют шариатские права и обязанности». Затем конституция запрещает делать различие между ними в соответствии со статьёй №6, где говорится: «Все граждане государства имеют равные права, независимо от религии, расы, цвета кожи и т.п. Запрещается любая дискриминация граждан государства, независимо от того, связано ли это с вопросами правления, касается ли это правосудия или управления других дел». В седьмой статье подчёркивается, что Шариат является основой государства: «Государство распространяет действие законов Шариата на всех граждан, которые имеют гражданство Исламского Государства, мусульман или немусульман, следующим образом:

а) Действие всех законов Ислама распространяется без каких-либо исключений на всех мусульман.

б) Немусульманам разрешается следовать своим убеждениям и, соответственно, совершать свои религиозные обряды в соответствии с общим порядком.

в) Отступившиеся от Ислама несут наказание в соответствии с законом об отступничестве, если они сами являются вероотступниками. Если же они являются детьми отступников, являясь немусульманами, то с ними имеют место взаимоотношения как с немусульманами в соответствии с их реальным положением, то есть как с язычниками или как с людьми писания (евреи, христиане).

г) В отношении пищи и одежды к немусульманам имеется отношение в соответствии с их религиями в рамках того, что дозволяют законы Шариата.

д) Брачные отношения и развод регулируются в среде немусульман по их религиям, и эти же отношения между мусульманами и немусульманами регулируются в соответствии с законами Ислама.

е) Все же остальные шариатские законы и положения исламского Шариата, такие как взаимоотношения, наказания, свидетельские показания в суде, система правления, экономика и другие, претворяются в жизнь государством, имея одинаковое распространение как на мусульман, так и на немусульман. Эти законы и положения исполняются государством также над муахидами (граждане неисламского государства, находящиеся на территории Ислама, между странами которых и Исламским Государством имеются определённые договоры), мустамининами (люди, которым дано разрешение на временное пребывание на территории Исламского Государства, но не более, чем на один год) и всеми, кто находится под властью Ислама, а также исполняются над всеми отдельными жителями государства, за исключением послов, консулов, членов дипломатических миссий и им подобных, которые имеют дипломатический иммунитет».

Так Ислам объясняет значения гражданства государства и делает исламский Шариат основным и единственным источником в своём законодательстве, в то время как понятие гражданства, представляемое западной идеей – это права человека (гражданские, политические, экономические, социальные и культурные), исходящие из того, что он сам их для себя определяет, а это полностью противоречит законам Шариата.

Следовательно, призыв к гражданству, основанному на идее патриотизма в виде вклада человека в разработку и принятие законодательства и организаций гражданского общества, теми мусульманами, которые не осознают и путают реальность данного вопроса – это призыв к лозунгам неверия, которые были изменены и разработаны так, чтобы соответствовать с Исламом. Это – ложный призыв, который делает ложным и основу подобного стимулирования мусульман к принятию гражданского общества и его идеи гражданства.

Во-вторых, ложность концепции современности в качестве опоры гражданского общества.

Современность считается одной из основ призыва к гражданскому обществу, используемых для расширения его возможностей. Согласно свободной энциклопедии – Википедии, – слово «современность», или «моде́рн» (от англ. modernity – современность; modern – современный) – понятие, означающее общество, изменённое в результате утверждения капиталистического общественного строя, индустриализации, урбанизации, секуляризации и развития институтов государства. Такое общество противопоставляется традиционному обществу. При этом в русскоязычной литературе термин «модернити» используется для того, чтобы не путать его, во-первых, с современностью как таковой (как указание на настоящее время, без ценностных коннотаций), а во-вторых – с эпохой модерна (периодом развития европейского искусства на рубеже XIX–XX вв., когда возник и получил развитие модернизм в искусстве). Термин используется для описания весьма широкого временного спектра. Он может означать всё, относящееся к постсредневековой истории Европы. Эта культурная и историческая связь термина распространяется и среди мусульман.

Можно сказать, что нет необходимости сохранять лингвистический смысл слова «современность» и «модернизация», особенно из-за того, что оно связано с материальными, жизненными делами людей, такими как модернизация, обновление техники и науки. Другими словами, не существует фактора, запрещающего использование слова «современность», если оно ограничено физическими аспектами понятия «цивилизации» в жизни людей, более того – народы должны стремиться к своему благополучию. Однако существует один идейный вопрос, и он заключается в реконструкции и модернизации культурных аспектов, связанных с культурой Уммы. Он связан с появлением термина «современность» («модернизм») в культурном аспекте на фоне Европейской истории. Это делает использование данного термина, в его основном используемом смысле, делом, связанным с неверием и с распространением идеи, противоречащей Исламу. Например, «культурная история» Исламской Уммы началась с момента претворения Ислама во всех сферах жизни в Исламском Халифате. Применение концепции современности (восстание против просвещения предшественников согласно смыслу термина, установленному на Западе) означает обновление культурного аспекта, а именно – отмену идеи Исламского Государства! Здесь мусульманин должен задаться вопросом: каким образом может быть обновление законов Шариата? Это возможно только тогда, если мы отбросим их и последуем другим законам… Как, например, происходит обновление системы наказания? По требования современности, мы заменим закон об отсекании руки вору на тюремное заключение? Или отменим закон побивания камнями женатого прелюбодея из-за современности и обновления? Или будет изменена политическая система, основывающаяся на единстве Уммы, на признание систем этих маленьких государств в соответствии с принципом независимости современных государств и международных норм?

Тот, кто принимает западный термин «современность» и другие термины, связанные с идеями неверия, и смешивает их с Исламом или проводит аналогию с некоторыми словами из исламской терминологии, подобен тому, кто защищает законность хождения в церковь ради «молитвы», потому что Всевышний Аллах говорит:

وَأَقِيمُوا الصَّلاةَ

«Совершайте намаз…» (02:43).

Это частичное заимствование слов и использование их не по назначению неизбежно приводит к смертельно опасному, грубейшему смешиванию Ислама с неверием.

Следовательно, нельзя признавать или применять концепцию термина «современность» (в его просветительско-культурном значении) ни для продвижения гражданского общества, ни для продвижения других западных концепций.
В-третьих, недействительность понятий участия в политической жизни и плюрализма в качестве опор гражданского общества.

Подобно продвижению понятий гражданства и современности, также продвигаются понятия политического участия, которое связано с вопросами многопартийности (плюрализм) и передачи власти. Многие из этих попыток обмана основаны на манипуляции использования лингвистического значения терминов или на концентрации внимания на сходстве западного термина с приемлемым значением исламского термина, несмотря на полное различие этих понятий. Или происходят попытки адаптировать западное понятие с исламским понятием, приводя к нему какой-либо текст.

Термин «плюрализм», как правило, связан с понятиями разнообразия, равенства и различия, он также означает принятие различия людей или мнений в одном обществе. Используется это понятие в нескольких областях, в зависимости от предмета разногласий, и поэтому существует несколько типов плюрализма. Некоторые мусульмане приняли эту идею, сравнив её с тем, что в Исламе одобрено различие, разномнение выводимых путём иджтихада законов Шариата. Тем не менее, этот взгляд (если можно назвать это плюрализмом в фикхе) вытекает из лексического значения плюрализма, но этот идейный термин предназначен совсем не для этого и далёк от лексического значения, так как разномнение в фикхе признано Исламом и оно ограничено в предполагаемых вопросах (законах Шариата), которые сами по себе несут разномнение в их понимании. Однако это установлено и подтверждено текстами Шариата (и ни чем другим) и не выходит за рамки акъыды Ислама, которая ограничена категоричностью и твёрдостью, где нет никакого плюрализма и разногласия. Однако, согласно смыслу термина в западном просвещении, разнообразие и различие являются одним из судьбоносных вопросов, следовательно, они включают в себя культурный, политический и многопартийный плюрализм. Но здесь нет возможности детально разбирать все эти виды плюрализма.

В области просвещения плюрализм разрешает продвижение и развитие всех просвещений и культур (противоречивых убеждений), которые находят своих сторонников в обществе. Эти просвещения становятся одним из компонентов общества, что это позволяет сосуществовать им друг с другом независимо от последствий. Это, конечно, укореняет идеологические различия между ними. Таким образом, не разрешается запрещать какую-либо мысль в обществе, даже если она противоречит доктрине общества. Например, мультикультурализм позволяет распространение атеизма и призыв к нему, прощает группы, отказавшиеся от Ислама, и разрешает образование нового просвещения и культуры, противоречащей Исламу.

На политической арене, которая является сутью этой темы, плюрализм – это либеральная концепция, которая считает, что общество состоит из многочисленных компонентов и различных политических идей, убеждений и интересов, и плюрализм здесь является наиболее важным проявлением демократии. Концепция плюрализма и разнообразия в глазах некоторых предотвращает концентрацию власти в определённой группе или мысли. Таким образом, плюрализм предотвращает существование того, что они называют тоталитарным правлением, основанным на одной мысли (как правило, в политической литературе Запада государство Халифат называют тоталитарным правлением), и, более того, он открывает путь для участия в политике различным противоречивым течениям. В частности, партийный плюрализм связан с политическим устройством такой политической системы, которая позволяет партийный плюрализм, не позволяющий какой-либо партии укрепиться и быть доминирующей над другими партиями. А также позволяет всем политическим силам в стране выражать свои позиции и цели, независимо от их идейной основы и взглядов на интересы. А затем – всем этим политическим партиям разрешается участвовать в правлении и конкурировать за доступ к власти путём голосования.

Следовательно, участие в политической жизни, многопартийная система и передача власти – всё это основано на идее, позволяющей существование противоречивых политических течений в обществе, которые основываются на любой идее, поддерживаемой какой-либо группой людей, независимо от разницы между неверием и Исламом. Более того, поощряется участие в политических акциях или в организациях гражданского общества, построенных без правил и норм исламской доктрины. В странах, которые основываются на этих западных концепциях, допускается существование коммунизма, национализма и светских партий, а также существование организаций гражданского общества, которые способствуют развитию западных концепций (а также позволяют существование исламистских партий при условии, что они будут «умеренными» и не будут «революционными» или не будут требовать радикального изменения. Это происходит из-за того, что сторонники демократии боятся переворота и установления мусульманами «тоталитарного правления»). Всем этим силам, группам, партиям позволяют работать на одной арене на основе соперничества, чтобы работа каждого из них не основывалась на отмене договора, на котором построено общество, или не способствовала свержению политического строя, иначе они проявляют неуважение к политическому плюрализму. Конечно, договор, объединяющий в себе все эти противоречивые сосуществования в пределах одной и той же политической среды, может быть только светским и позитивистским.

Суть вопроса состоит в том, что этот политический стиль не приемлет другого подхода и не приемлет своего удаления с поля политической борьбы, даже если он не является наилучшим. Более того, он не определяет понятий «хорошее и благое» с идейной точки зрения. И не берёт во внимание понятий истины и справедливости на основе силы убеждения и доказательств, но вместо этого почитает голоса людей и их массовую поддержку.

Это противоречит Исламу, который не сосуществует с ложью, но бросает истиной в ложь, и ложь разбивается и исчезает. Как говорит Саид Кутб, да смилуется над ним Аллах, в своей книге «Маалим фи-иль тарик» («Указатели пути»): «Ислам не приемлет половинчатых решений с невежеством». Также он сравнивает Ислам и невежество с двумя параллельными линиями, которые никогда не соединятся, и что между ними нет мостов, соединяющих их. Конечно, эти западные концепции, такие как «плюрализм», являются мостами, предназначенными для преодоления разрыва между Исламом и секуляризмом (т.е. ложью) в целях соединения этих двух линий и выведения из них некоей середины. Однако эта середина является неверием в Ислам (даже если это неверие в его часть), а это и есть ложь, поскольку Ислам принимается целиком и полностью в ответ на слова Всевышнего Аллаха в суре «Корова»:

أَفَتُؤْمِنُونَ بِبَعْضِ الْكِتَابِ وَتَكْفُرُونَ بِبَعْضٍ فَمَا جَزَاءُ مَنْ يَفْعَلُ ذَلِكَ مِنْكُمْ إِلا خِزْيٌ فِي الْحَيَاةِ الدُّنْيَا وَيَوْمَ الْقِيَامَةِ يُرَدُّونَ إِلَى أَشَدِّ الْعَذَابِ وَمَا اللَّهُ بِغَافِلٍ عَمَّا تَعْمَلُونَ ٨٥

«…Неужели вы станете веровать в одну часть Писания и отвергать другую часть? Воздаянием тому, кто совершает подобное, будет позор в мирской жизни, а в День воскресения они будут подвергнуты ещё более ужасным мучениям. Аллах не находится в неведении о том, что вы совершаете» (02:85).

Тот, кто призывает к политическому плюрализму, должен согласиться с появлением политических партий, не основанных на Исламе, и дать им возможность для взаимодействия с сообществом, а также для того, чтобы распространять идеи неверия, не устанавливая в этом какие-либо ограничения. Затем он должен дать им возможность попробовать дойти до власти и получить её, и если какая-то из данных партий в состоянии достигнуть власти, он должен передать им власть и дать им возможность править. Это означает, что люди должны согласиться с концепцией и методом партии, которая достигла власти, даже если это – система неверия. Этот момент даже не нуждается в разъяснении и ответе на него из-за ясности противоречия Исламу. Как Ислам может согласиться с правлением неверия, в то время, когда Всевышний Аллах говорит:

وَلَنْ يَجْعَلَ اللَّهُ لِلْكَافِرِينَ عَلَى الْمُؤْمِنِينَ سَبِيلا ١٤١

«…Аллах не откроет неверующим пути против верующих» (04:141)?

Между политическим участием и присутствием исламских партий.

Мусульмане ни в коем случае не должны путать между понятием «политическое участие» и понятием «политическая деятельность». Ислам предписал мусульманам участвовать в политической деятельности и обязал их интересоваться делами мусульман, а также обязал приказывать одобряемое и запрещать порицаемое, обязал наставлять мусульман и их политиков. Посланник Аллаха (с.а.с.) сказал: «Религия – это проявление искренности. Религия – это проявление искренности». Мы спросили: «По отношению к кому?». Он (с.а.с.) сказал: «По отношению к Аллаху, и к его Книге, и к Его посланнику, и к правителям мусульман и ко всем мусульманам вообще» (хадис передал Абу Дауд).

И поэтому известно, что занятие политической деятельностью является обязанностью мусульман, белее того, доктрина Ислама является политической доктриной, которая обязывает распространять её и доносить до других, а это является политической деятельностью. Но необходимо заниматься такой политической деятельностью, которую разрешает Ислам (и даже обязывает), а это – политика, которая строится только в соответствии с законами Шариата и не противоречат Исламу, которая не несёт в себе ничего иного, кроме приказа одобряемого и запрета порицаемого.

Да, правда, что Ислам обязал образование политических партий и разрешил многопартийность, однако эта шариатская обязанность является одним вопросом, а концепция политического участия и партийного плюрализма является совсем другим вопросом. Тем не менее, именно из-за этой шариатской обязанности некоторые путаются и принимают идею участия в политической жизни так, как поставил её Запад, хотя Ислам запрещает образование политических партий, основанных не на исламской акъыде. Такие партии не имеют права работать в Исламском Государстве, более того, мусульмане, которые принимают идею неверия (в качестве их доктрины), становятся вероотступниками и теряют право на жизнь, поэтому запрещено не только создавать такие политические партии, но и участвовать в их политике!

Приход группы или неисламской партии к власти через избирательные урны, или через восстание против мусульманского правителя, или через захват власти и претворение неверия является явным злом, против которого мусульмане должны выступить с противостоянием и воевать. Это противостояние должно быть основано на Шариате: либо путём политической работы, подобно сегодняшней реальности Уммы, либо путём вооружённого противостояния против узурпатора власти, который изменил правление по Исламу на правление неверием (в случае превращения Халифата в Дар уль-куфр). Путь противостояния зависит от определения реальности. Но ни в коем случае нельзя признавать и соглашаться с правлением по неверию.

Следовательно, нет сомнения, что эти западные концепции противоречат необходимости править по законам Ислама – противоречат, например, с предписанной Исламом обязанностью сражаться против групп и партий, которые выходят против правления Исламского Государства и требуют правления на основе понятий неверия. Эти группы являются вероотступниками.

Это – реальность Ислама. Мусульмане не уклоняются от своего заявления, как бы это ни было ненавистно Западу, и это в корне расходится с партийным плюрализмом и противоречит ему, а также – с передачей власти и позволением политическим партиям неверия участвовать в правлении. Конечно, эти западные понятия не применяются нигде, кроме как только в атмосфере демократии, и, следовательно, они являются частью демократии.

И на основе этого нельзя разрешать этим ложным понятиям плюрализма проникать в исламское законодательство и нельзя разрешать присутствие организаций гражданского общества, потому что то, что построено на лжи, категорично является ложью.

В-четвёртых, недействительность опоры гражданского общества на концепцию реформаторства.

Распространение вопроса о реформаторстве западными державами и их последователями из числа мусульман является правильным вопросом, но предназначенным для осуществления ложной цели. Они преподносят организаций гражданского общества, в качестве инструмента для реформы в то время когда коррупция охватила власти.

Слово «реформа» присутствует в Коране, и этот термин не связан с неверием. И нельзя считать тех, кто призывает к реформам, призывающими к понятиям куфра. Всемогущий Аллах в суре «Худ» говорит:

إِنْ أُرِيدُ إِلا الإصْلاحَ مَا اسْتَطَعْتُ وَمَا تَوْفِيقِي إِلا بِاللَّهِ عَلَيْهِ تَوَكَّلْتُ وَإِلَيْهِ أُنِيبُ ٨٨

«…а хочу лишь исправить то, что в моих силах. Помогает мне только Аллах. На Него одного я уповаю, к Нему одному обращаюсь» (11:88).

Коран утверждает, что реформа (или исправление) является похвальной работой с точки зрения Шариата.

Но проблема заключается в том, как преподносится этот вопрос, ведь это – политический вопрос, и нам необходимо знать, как с ним иметь дело, и знать мотивы тех, кто распространяет его. Также он является фикхий вопросом, связанным с областью работы для политических перемен – методом и способом, применяемым для изменения.

Следовательно, необходимо, чтобы концепция реформ применялась в нужном месте, и требование реформ не должно вступать в противоречие с требованием коренного решения основного вопроса Уммы. Также это требование реформы не должно противоречить законам изменения, связанным с возобновлением исламского образа жизни в соответствии с методом Пророка (с.а.с.), иначе требование будет подобно одному, вырванному из контекста аяту и шариатскому закону, который как будто запрещает молитву:

فَوَيْلٌ لِلْمُصَلِّينَ ٤

«Горе молящимся» (107:04).

Если не завершить этот аят, то смысл его – полностью противоположный истинному смыслу.

Реформа, которая преподносится на международном и региональном (арабском) уровнях, является частичным решением для того, чтобы занять некоторых мусульман решением второстепенных вопросов в целях достижения частичных реформ в жизни людей, или также для того, чтобы отвлечь призывающих к коренному изменению этими частичными вопросами от их работы, ведущей к радикальному изменению.
Этот призыв к частичным реформам использовали несколько сторон, в том числе:

1. Запад (во главе с Америкой) – чтобы заглушить голоса тех, кто требует радикальных перемен, чтобы отвлечь мусульман от пути построения Халифата, а также – в целях повышения имиджа систем, которые днём и ночью хвалят Америку и Европу.
2. Правители – чтобы сохранить свои посты и престолы, а также – под давлением США.
3. Некоторые политические партии и личности – чтобы получить долю в правлении и для достижения ограниченных политических целей.
4. Организации гражданского общества – чтобы собрать деньги, выделенные для этого процесса, а также – чтобы выделить определённых личностей, требующих реформ в политических кругах системы правления.

К сожалению, наряду с вышеперечисленными сторонами также этот лозунг несут некоторые движения, поднимающие исламские лозунги, которые в настоящее время стали распространять эту концепцию в западном стиле, но только прикрывая её Исламом и заявляя, что они требуют только частичной реформы, то есть – изменения только того, что нарушает сущность Ислама.

То, о чём сказал Саид Кутб в своей книге «Маалим фи-иль тарик» («Указатели пути»): «Ислам не приемлет половинчатые решения с невежеством… А поэтому – либо Ислам, либо невежество, и они не совместимы и никак не годны к перевоплощению», – после вышеприведённых аятов в теме отвержения многопартийности (не на основе Ислама), является ответом на призыв к частичной реформе и временным решениям. Проще говоря, может ли Америка и арабские режимы претендовать на то, чтобы говорить:

إِنْ أُرِيدُ إِلا الإصْلاحَ مَا اسْتَطَعْتُ

«…а хочу лишь исправить то, что в моих силах…» (11:88),

чтобы «исламские стороны» согласились с ними в своих призывах к реформе?!

Таким образом, принятие слова «реформа» возможно только в качестве термина, взятого из Корана, и использование его в сочетании с полной, коренной реформой в соответствии с законами Шариата и с полным претворением Ислама в жизнь. И только тогда это будет решением и коренным изменением, и оно не будет отвечать интересам Запада и интересам правителей, и не примет разделения Ислама на претворяемое и не претворяемое. Метод и путь к реформе не может идти через политические действия, которые находятся в гармонии с тем, что позволяют нам делать правительства. Путь к реформе должен лежать через идеологическую борьбу со всеми идеями неверия, которые пытаются распространиться в обществе. А также – через политическую борьбу против всех сил, которые пытаются доминировать в обществе и реализовать программы неверия: необходимо раскрывать их планы, вынашиваемые против Уммы, для того, чтобы возобновить исламский образ жизни во всех аспектах политической, социальной и экономической жизни.

Заключение этой темы состоит в том, что все эти западные интриги, которые были «исламизированы» и использованы для содействия и продвижения концепции гражданского общества – это комплекс идей неверия, это – идеи, противоречащие Исламу. И, без малейшего сомнения, они служат проектам неверных, поэтому призывы сторонников гражданского общества к таким понятиям являются ложными, обманчивыми призывами, и мусульманин, свидетельствующий, что нет Бога кроме Аллаха, и что Мухаммад – Посланник Аллаха, не должен принимать и соглашаться с этими идеями.

 

Махер аль-Джабари