Отчуждённость Ислама, обновление религии и Хизб ут-Тахрир 4 ч.

بِسۡمِ ٱللَّهِ ٱلرَّحۡمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ

Процесс обновления религии — «тадждид» — один из наиболее важных вопросов, поднимаемых сегодня в жизни мусульман.

Его поднимают враги мусульман посредством прозападных агентов из числа правителей, которые при пособничестве подручных им учёных стремятся ограничить Ислам субъективно-личностными вопросами и отдалить его от политической жизни общества, а точнее — от так называемого сегодня «политического Ислама» или «исламизма». Именно поэтому эти прозападные правители-агенты и их придворные учёные настаивают на изменении религиозного дискурса, чтобы гарантировать успех своего злодеяния. Что же касается самих западных сверхдержав, то они в помощь своим агентам развернули глобальную войну против Ислама под пресловутым названием «война против терроризма».

Между тем, в ответ на это сознательные и искренние мусульмане стараются вернуть религию к кристальной и прозрачной чистоте, к её первозданному виду, в котором она была ниспослана, опираясь на достоверный хадис Посланника Аллаха (с.а.с.):

بَدَأَ الإِسْلامُ غَرِيبًا، وَسَيَعُودُ كَمَا بَدَأَ غَرِيبًا، فَطُوبَى لِلْغُرَبَاء

«Ислам начался чуждым и обернётся, как [и] начался, чуждым. И Туба — чуждым!». Эти искренние и сознательные мусульмане убеждены в том, что установление Праведного Халифата является единственным методом, способным осуществить обновление религии — «таждид» — и на деле вернуть практическое претворение Ислама в жизни. В предыдущих номерах мы представили вашему вниманию аспекты обновления религии на уровне государственного устройства, экономической, социальной и образовательной сферах, а также на уровне внешней политики, унификации шариатских терминов и определений, что крайне необходимо для формирования правильного понимания таких определений, как разум, развитие, общество, доктрина, Дар уль-куфр и Дар уль-Ислям. В сегодняшнем номере мы представим последнюю часть нашей статьи относительно обновления религии на уровне Усуль аль-Фикх и конституции в сопряжении с подробными законами, которые Хизб смог изложить и опубликовать в своих трудах впервые за долгую историю Исламского Государства.

7. На уровне Усуль аль-Фикха

а) Роль разума; кто имеет право выносить решения

Одно из самых важных и необходимых исследований, связанных с законом, — это знание того, кому возвращается право вынесения закона, т.е. кто имеет право на законотворческую деятельность. Ведь от понимания этого зависит познание закона и его разновидностей. Под выражением «автор закона» или «издатель закона» не имеется в виду обладатель власти или правитель, который исполняет свои полномочия власти. Напротив, под выражением «автор закона» или «издатель закона» имеется в виду тот, кто выносит решения на поступки людей и на окружающие людей вещи, поскольку существующие ощутимые объекты не выходят за рамки человеческих действий и материальных вещей. И поскольку человек, живущий в этой Вселенной, является предметом исследования, стало быть, вынесение решения делается только для него и связано с ним. В связи с этим необходимо вынести решение относительно действий человека и вещей, связанных с этими действиями.

Сегодня, в эпоху отчуждения, когда разуму отвели чрезмерную роль, превратив его в некую божественную субстанцию, которой поклоняются помимо Всевышнего Аллаха, разум получил исключительное право выносить решения на поступки человека и определять их добром или злом, красивым или безобразным, разрешённым или запретным, допустимым или недопустимым. Если это можно оправдать в отношении такой материалистической культуры, как западная, которая отделила религию от жизни и заточила её в стенах храма, то в отношении исламской культуры, которая зиждется на основе слияния материи с духом и вменяет в обязанность индивиду и государству совершать свои действия в соответствии с законами Шариата, это категорически недопустимо и неприемлемо.

Поэтому одно из важных исследований, которыми занялся Хизб, было исследование того, кто является «издателем закона» или «автором закона». В третьем томе своей книги «Исламская личность» шейх Такыюддин ан-Набхани (да смилуется над ним Аллах) пишет: «Решение относительно поступков и вещей выносится либо с точки зрения их реальности, либо с точки зрения благоприятного и негативного влияния на организм человека, либо с точки зрения восхваления или порицания за совершение поступка, т.е. с точки зрения вознаграждения и наказания за поступки. Таковыми являются три стороны вопроса относительно издания законов на поступки и материальные объекты, т.е. вещи:

1. Вывод относительно реальности.

2. Вывод относительно благоприятного и негативного влияния поступков и вещей на организм человека.

3. Вывод относительно вознаграждения и наказания или восхваления и порицания за поступки.

Что касается решений относительно вещей, а точнее, первой точки зрения, и благоприятного и негативного влияния поступков и вещей на организм человека, т.е. второй точки зрения, вне всяких сомнений, человек способен самостоятельно с помощью разума вынести такое решение, не прибегая к Шариату. Человеческий ум способен и должен выносить решение на поступки и вещи с этих двух точек зрения, и не стоит искать эти решения в Шариате, ибо последний не имеет к ним никакого отношения. Например, реальность того, что знание — это хорошо, а невежество — плохо, понимается из того, что первое указывает на безупречность, а второе — на недостаток. Аналогичная ситуация обстоит с тем, что благополучие красит, а нищета — обезображивает, и так далее. Например, спасение тонущего человека радует, а присвоение чужого имущества без всякого права — гневит. Это так, поскольку человеческая природа испытывает отвращение к гнёту и стремится помочь тому, кто находится на грани гибели.

Также человек может понять, что сладкое нравится и приятно для его организма, а кислое или острое раздражает и вызывает нелицеприятные ощущения у него. Все эти выводы возвращаются к реальности той вещи, которую человек ощущает и понимает своим разумом, или к природе организма человека, который ощущает влияние на него окружающих объектов, и воспринимает он их определённым образом. Таким образом, не Шариат, а человеческий разум должен выносить решения на вещи с этих двух точек зрения, т.е. человек сам должен глубоко понять поступки и вещи с этих двух точек зрения и вынести самостоятельное решение.

Что касается решений относительно поступков и вещей с точки зрения восхваления и порицания за них на этом свете и вознаграждения (саваб) и наказания (икаб) в мире Вечном, вне всякого сомнения, право выносить подобные решения принадлежит только Всевышнему Аллаху, а не человеку, другими словами, необходимо обратиться к Шариату и не пытаться вынести самостоятельные умозаключения. Это такие решения, как, например, вера — это хорошо, а неверие — плохо, покорность Всевышнему — хорошо, а Его ослушание — плохо, обман врага во время сражения — это добро, а обман неверующего правителя в невоенное время — зло. Это так, поскольку разум — это ощущения, сама реальность, предшествующая информация и мозг. Ощущение является неотъемлемой частью процесса мышления. Если человек не ощущает объект, его разум не сможет вынести решение, т.е. дать свою оценку. Ведь разум ограничен в своих решениях о вещах ощущениями этих самых вещей и не может функционировать за рамками того, что он ощутил.

Например, человек не в состоянии ощутить того, стоит ли восхвалять за несправедливость или её необходимо осуждать, т.к. несправедливость не является чем-то материальным, которое можно ощутить, а значит, человек не в силах понять до конца и вынести решение по поводу такого явления, как несправедливость, даже если человек по своей природе будет испытывать внутри себя некое чувство отвращения или склонности к этой несправедливости. Тем не менее, это будет всего лишь чувство, которое ничем не поможет разуму вынести собственное решение. Следовательно, разум не способен судить о том, являются ли хорошими или плохими те или иные поступки или вещи, а значит, не в силах определить, т.е. вынести решение на то, стоит ли хвалить или осуждать за поступки или вещи. Это так, поскольку разуму не дано выносить подобные решения».

Соответственно, решения относительно поступков людей и связанных с ними вещей с точки зрения восхваления и порицания должен выносить исключительно Всевышний Аллах, а не человек. Другими словами, подобные решения должны черпаться из божественного свода законов — Шариата, а не из людских умозаключений. Говоря же о шариатских доказательствах, следует отметить, что Шариат оставил за собой право определять что-либо хорошим или плохим, предписав следовать в этом Посланнику Аллаха (с.а.с.), и осудил потакание плотским страстям. Таким образом, красивое — это то, что Шариат считает красивым, а безобразное — это то, что Шариат установил безобразным с точки зрения восхваления и порицания. И данное правило является категоричным согласно Исламу.

б) Определение шариатских правовых доказательств

В золотой век Ислама мусульманские учёные упорядочивали жизнь Уммы путём ограничения шариатского закона обращением Всевышнего Аллаха. Учёные сказали, что шариатский закон — это обращение Законодателя, связанное с поступками людей. Законодателем является Всевышний Аллах. Этим самым учёные ограничили источники исламского права тем, что было ниспослано посредством божественного Откровения — Коран, Сунна, Иджма ус-Сахаба и Кыяс на основе приведённого в шариатском тексте мотива (Иллят). Что касается второстепенных источников, то исламские учёные не выдвигали их в качестве дополнительных, в которых нуждается исламское законодательство — Шариат — по причине своей неполноценности. Напротив, по их мнению, на эти источники указывают шариатские тексты из Корана и Сунны, независимо от того, согласны ли мы с ними относительно тех источников, которые они приняли для себя, или нет.

Тем не менее, в нынешнее время мы видим, как некоторые пытаются использовать эти второстепенные источники, как «аль-Масалих аль-Мурсала» и «аль-Истихсан», в качестве шариатских правовых доказательств, не в том первозданном виде, который предусматривали мусульманские правоведы в золотую эпоху Ислама и мусульман. Так некоторые сегодня принялись использовать «аль-Истихсан» как источники для того, чтобы одобрять те или иные действия на основе собственных умозаключений, как и начали использовать «аль-Масалих аль-Мурсала», чтобы оправдать далёкие от Шариата собственные умозрительные мотивы и желания, принимая во внимание порочную действительность, в которой живут мусульмане сегодня. Между тем, предыдущие поклонения учёных рассматривали «аль-Масалих аль-Мурсала» в качестве одного из методов поиска мотивов для проведения аналогии «Кыяс».

Предшествующие учёные считали, что «Кыяс», является своего рода выводом закона из Корана и Сунны, а «аль-Истихсан» — одним из методов предпочтительности одного доказательства над другими. Модернисты, оказавшиеся под влиянием порочной действительности, решили использовать лозунг обновления религии — тадждид — для сокрытия подмены Шариата фальшивыми умозрительными законами, не имеющими никакой связи с божественным Откровением. Эти новоиспечённые учёные оказались одержимыми мыслью о растяжении исламского права и его источников, а также о гибкости шариатских текстов и умножении универсальных шариатских правил, чтобы доказать пригодность исламского права во все времена и повсеместно.

Перед лицом такой проблемы Хизб приложил все усилия, чтобы ограничить шариатские правовые доказательства источниками и указаниями божественного доказательства, которых, как ранее упоминали, всего четыре. Хизб пояснил, что аналогия «кыяс», за которой некоторые хотят скрыть свои злые умыслы, называя её умозрительной аналогией или вынесением шариатского закона на основе умозаключений, не что иное, как приобщение ответвления к корню в силу общности мотива «Иллят», как говорили предшествующие исламские правоведы. «Иллят» — это не умозрительная причина, а скорее, законный мотив, на который указывает божественное Откровение, будь то Коран, Сунна или Иджма. Следовательно, шариатский закон, выведенный аналогией «Кыяс», по сути опирается на шариатский мотив «Иллят», а значит, является выведенным из божественного откровения.

Исламские учёные, которые в прошлом использовали в качестве доказательства такие источники, как «Масалих Мурсаля», «Истихсан», «Рай-ус-Сахабий», «Шаръу ман Каблина», «Иджма уль-Умма», «Иджма Ахль уль-Мадина» и другие спорные источники, не считали эти источники дополнительными источниками, вызванными несостоятельностью и неполноценностью исламского законодательства — Шариата. Напротив, они считали, что на эти источники указывают Коран и Сунна, даже некоторые утверждали о том, что использование этих доказательств является применением Корана и Сунны в силу того, что первые служат ответвлением Корана и Сунны. Например, учёные, использующие подход «Шариат прежних народов», считали, что на это указывает Священный Коран, который приказывает подражать предшествующим пророкам:

أُوْلَٰٓئِكَ ٱلَّذِينَ هَدَى ٱللَّهُۖ فَبِهُدَىٰهُمُ ٱقۡتَدِهۡ

«Это — те, кого Аллах повёл прямым путём. Следуй же их прямым путём» (6:90).

Учёные, которые руководствовались доводом «Мнения сподвижников», считают мнение сподвижника одним из путей выявления Сунны, которую сподвижник слышал и видел от самого Посланника Аллаха (с.а.с.). Учёные, которые считали «Единогласие Уммы» шариатским доводом, опирались на хадис, говорящий о том, что вся Умма не объединится на заблуждении. Хизб изучил все эти доказательства в главе под названием «Желаемые доказательства, принятые за действительные шариатские доказательства», чтобы опровергнуть доводы тех, кто заявляет о них, и ограничить шариатские правовые доказательства четырьмя законными источниками — Коран, Сунна, Иджма ус-Сахаба и Кыяс.

в) Шариатские правовые правила

Хизб внёс огромный вклад в укрепление нескольких новых шариатских правовых правил, таких как «Все объекты общественной значимости являются общественной собственностью», «Статус производственного предприятия зависит от того, что оно производит», «Обряды поклонения «Ибадат», культура еды «Матъумат», кодекс одежды «Мальбусат» и морально-нравственная этика «Ахляк» не мотивируются, а соблюдаются в соответствии с их шариатскими текстами», а также в противостоянии ряда ложных правил, которые хотели приписать Шариату, таких как «Не запрещается изменение законов с изменением времени», «Всё, что причиняет больше вреда, чем пользы, является запретным», «Суть при подписании договоров заключается в намерениях и смыслах, а не в форме и содержании», «Чем сложнее, тем свободнее в выборе решений», «Где выгода, там и Шариат», «Принятие во внимание последствий действий». Хизб упорядочил применение некоторых правил, о которых говорили некоторые исламские правоведы (учёные «Усуль аль-Фикх») и которыми вооружились некоторые псевдоучёные, истолковавшие их в ином виде, чтобы обеспечить себе возможность сделать Шариат более гибким.

Например, они неправильно истолковали и воспользовались правилом «Нужда смягчает запрет», чтобы снять запрет с многих греховных поступков, которые абсолютно не подпадают под это правило. Как и неправильно использовали правило «Изначально вещи являются дозволенными» и разрешили заимствовать придуманные людьми общественные строи и законы. Ситуация дошла до того, что последнее Исламское Государство в лице Османского Халифата упразднило шариатские уголовные наказания — Худуд — на основании этого правила.

Всё это делалось, чтобы доказать пригодность Шариата во все времена и повсеместно, а также показать способность законодательных источников и правил Ислама дать решение любому событию, вопросу и проблеме благодаря своей многочисленности и гибкости. Не стоит считать III том книги «Исламская личность» очередным пополнением книг по исламскому праву «Усуль аль-Фикх» в исламской библиотеке, которая наполнена изобилием трудов в этой области. Напротив, эта книга является своего рода обновлением метода конституционного или правоведческого мышления, которым должны руководствоваться государство, Умма и отдельные индивиды. Несмотря на то, что в этой книге Хизб изложил утверждённые им идеи, правила и нормы, которые упорядочивают метод выведения законов со стороны Хизба, тем не менее, суть и задача не останавливаются у этой черты. Хизб стремится привести эти идеи к власти, чтобы они стали основой для законотворческого процесса и принятия канонов в государстве. В связи с этим Хизб решительно выступил против всех идей, которые предусматривают отказ от шариатских ограничений под предлогом умозрительных интересов.

г) Идея «аль-Макасид» и мотивация шариатских законов умозрительной выгодой

Несмотря на то, что идея «аль-Макасид» не является чем-то новым, а ранее о ней уже говорили аш-Шатыбий и множество других исламских учёных, и она входит в категорию тех глубоких идей, требующих тщательного и досконального изучения, тем не менее, многие принявшие эту идею современные мусульмане не осознали её и не поняли сути слов имама аш-Шатыбий, приписав ему то, чего он не говорил. И сегодня такие лозунги, как «аль-Масалих» (умозрительная выгода) и «аль-Мафасид» (умозрительный вред), стали для многих — при этом среди тех, кто называет себя последователями имама аш-Шатыбий — предлогом для отмены ряда шариатских законов. Таким образом, после отделения исламского правления от жизни и замены его на безбожные устои — Тагут, выросло новое поколение, которое принялось искажать и менять шариатские законы, придавая законам неверия исламскую легитимность, а также стирать подлинное содержание Ислама и заполнять его чем-то новым и чуждым под предлогом обновления «тадждид».

Одновременно с этим они начали истолковывать законы Ислама в таком виде, чтобы согласовать последние с законами неверия под предлогом развития исламского права или сохранения хотя бы того, что осталось. Хизб затронул и исследовал эту идею и представил достойный ответ тем, кто называют себя улемами-макасид (специалистами в области «аль-Макасид»). Хизб выделил рассмотрению этой идеи большую часть своей книги «Исламская личность», III том, и пояснил: «Суть того, что Шариат — это милость, заключается в плодах соблюдения Шариата. Милость не является причиной законов Шариата. Другими словами, Всевышний Аллах сообщил нам, что мудрость того, что Он предписал шариатские законы, заключается в том, что при соблюдении людьми предписанных законов человечество сможет обрести благополучие и милосердие, а отнюдь не в том, что причиной предписания этих законов является благополучие и милосердие. Подтверждением тому служит текст аята, указывающий на то, что соблюдение послания Аллаха ведёт к благополучию и милосердию:

وَمَآ أَرۡسَلۡنَٰكَ إِلَّا رَحۡمَةٗ لِّلۡعَٰلَمِينَ ١٠٧

«Мы отправили тебя только в качестве милости к мирам» (21:107),

وَنُنَزِّلُ مِنَ ٱلۡقُرۡءَانِ مَا هُوَ شِفَآءٞ وَرَحۡمَةٞ

«Мы ниспосылаем в Коране то, что является исцелением и милостью» (17:82).

Данные тексты не содержат в себе мотивацию «иллят», они аналогичны словам Всевышнего Аллаха в отношении Фараона и пророка Мусы (а.с.):

فَٱلۡتَقَطَهُۥٓ ءَالُ فِرۡعَوۡنَ لِيَكُونَ لَهُمۡ عَدُوّٗا وَحَزَنًا

«Семья Фараона подобрала его, чтобы он стал их врагом и печалью. Воистину, Фараон, Хаман и их воины были грешниками» (28:08).

А также словам Всевышнего о божественной помощи мусульманам посредством ангелов:

وَمَا جَعَلَهُ ٱللَّهُ إِلَّا بُشۡرَىٰ

«Аллах сделал это всего лишь благой вестью» (3:126).

И следующим словам Всевышнего:

وَنَزَّلۡنَا عَلَيۡكَ ٱلۡكِتَٰبَ تِبۡيَٰنٗا لِّكُلِّ شَيۡءٖ وَهُدٗى وَرَحۡمَةٗ وَبُشۡرَىٰ لِلۡمُسۡلِمِينَ

«Мы ниспослали тебе Писание для разъяснения всякой вещи, как руководство к прямому пути, милость и благую весть для мусульман» (16:89),

فَإِنَّهُۥ نَزَّلَهُۥ عَلَىٰ قَلۡبِكَ بِإِذۡنِ ٱللَّهِ مُصَدِّقٗا لِّمَا بَيۡنَ يَدَيۡهِ وَهُدٗى وَبُشۡرَىٰ لِلۡمُؤۡمِنِينَ

«Он низвёл его (Коран) на твоё сердце с соизволения Аллаха в подтверждение правдивости того, что было прежде, в качестве верного руководства и благой вести для верующих» (2:97).

Под выражением «Мы отправили тебя только в качестве милости к мирам» имеется в виду то, что итогом отправления Пророка Мухаммада (с.а.с.) будет благополучие и милосердие среди людей.

Под выражением «Мы ниспосылаем в Коране то, что является исцелением и милостью» имеется в виду описание исламского законодательства с точки зрения результата, а не «Иллят» — причины предписания исламских законов. В Коране нет ни одного аята, ни одной формулировки, указывающей на причинность предписания. Все аяты указывают на лексическое значение слов, а именно — на то, что соблюдение исламских законов гарантирует благополучие и милосердие для людей. В этом и заключается мудрость Всевышнего Аллаха в том, что он предписал Шариат. Следовательно, милосердие и благополучие являются, скорее, результатом претворения исламских законов, нежели причиной их ниспослания.

Здесь неуместно говорить о том, что эти аяты поясняют как цель Шариата, которую пожелал Аллах, так и причину ниспослания Шариата, а значит, содержат в себе «Иллят» (общий мотив) законов Шариата. Так нельзя говорить, потому что эти аяты, даже если и поясняют ту цель, которую Всевышний Аллах преследовал, когда предписывал Шариат, не указывают на причинно-следственную мотивацию исламского законодательства. Существует разница между целью и причиной.

Макасид уш-Шариа (цели Шариата) являются целями Шариата в целом, т.е. всей исламской религии, а не целью каждого закона по отдельности. Подтверждением тому служит аят, который с предельной ясностью говорит о том, что милость является результатом претворения всего Шариата, а не отдельного закона. Аят поясняет, что милость выступает целью всего Шариата. В аяте нет никакого указания на то, что милость является целью каждого закона в отдельности, т.е. каждого шариатского текста.

И поэтому можно увидеть, что Всевышний Аллах, наряду с тем, что пояснил общую цель всего Шариата, так же пояснил отдельные цели некоторых законов. Так Всевышний Аллах говорит о создании джиннов и людей:

وَمَا خَلَقۡتُ ٱلۡجِنَّ وَٱلۡإِنسَ إِلَّا لِيَعۡبُدُونِ ٥٦

«Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне» (51:56).

Аналогичное можно заметить и во многих других законах. Стало быть, Всевышний Аллах пояснил общую цель всего Шариата и частные цели отдельных законов. При этом преследуемая Аллахом цель определённого закона не является преследуемой Аллахом целью всего Шариата в целом. Как и не является цель всего Шариата целью отдельного конкретного закона. Преследуемая Аллахом цель понимается в шариатском тексте и ограничивается той темой, о которой говорится в тексте. При выявлении цели необходимо руководствоваться исключительно лексическим и шариатскими значениями и указаниями текста. Следовательно, целью всего Шариата «аль-Макасид» служит та мудрость и цель, которые Всевышний преследовал, когда предписывал исламские законы. Эта цель заключается в том, что Шариат является милостью Всевышнего Аллаха. При этом стоит знать, что данная цель является больше целью всех исламских законов, нежели целью каждого отдельного закона Шариата.

Смысл того, что Аллах пояснил Свою мудрость — т.е. цель — предписания того или иного закона, не говорит о том, что эта цель обязательно должна осуществиться. Напротив, она может как осуществиться, так и не осуществиться. Например, Всевышний Аллах говорит о хадже:

لِّيَشۡهَدُواْ مَنَٰفِعَ لَهُمۡ

«Пусть они засвидетельствуют то, что приносит им пользу» (22:28).

Тем не менее, действительность показывает нам то, что миллионы людей совершили хадж и не засвидетельствовали о пользе.

Всевышний Аллах говорит:

إِنَّمَا يُرِيدُ ٱلشَّيۡطَٰنُ أَن يُوقِعَ بَيۡنَكُمُ ٱلۡعَدَٰوَةَ وَٱلۡبَغۡضَآءَ فِي ٱلۡخَمۡرِ وَٱلۡمَيۡسِرِ

«Воистину, дьявол при помощи опьяняющих напитков и азартных игр хочет посеять между вами вражду и ненависть и отвратить вас от поминания Аллаха и намаза» (5:91).

Тем не менее, сколько употребляющих алкоголь людей и азартных игроков совершают эти грехи, и между ними не возникают вражда и ненависть.

Посланник Аллаха (с.а.с.) говорит:

صُومُوا تَصِحُّوا

«Поститесь и будьте здоровы». Тем не менее, сколько людей держало пост и не выздоровело, напротив, сколько людей держало пост и навредило своему здоровью. Также Посланник Аллаха (с.а.с.) говорил:

مَاءُ زَمْزَمَ لِمَا شُرِبَ لَهُ

«Вода Замзам для того, для чего ты её пьёшь». Сколько людей принимали воду Замзам с намерением свершения неких вещей, которые так и не осуществились.

Следовательно, преследуемые цели «аль-Макасид», поясняющие умысел предписания законов Шариата, — это один из предписанных законов, а вовсе не мотив (Иллят). И поэтому не стоит проводить аналогию на основании «аль-Макасид» и тех значений, которые вбирают в себя «аль-Макасид». Преследуемая цель ограничивается тем законом и не распространяется на другие законы, а также она может осуществиться или не осуществиться. Преследуемая цель «аль-Макасид» не имеет ничего общего с шариатскими правовыми мотивами «Иллят» и не служит аргументом для шариатской аналогии «Кыяс». Напротив, «аль-Макасид» — не что иное, как мудрость Аллаха в конкретном законе Шариата.

Необходимо знать, что мудрость Аллаха в конкретном законе — это умысел Аллаха в предписании этого закона, а значит, только сам Всевышний Аллах должен пояснить умысел того или иного закона. Другими словами, для того, чтобы преследуемые цели «аль-Макасид», всё равно, являются ли они целями всего Шариата или отдельно взятого закона Шариата, считались шариатскими, необходим указывающий на них шариатской текст из божественного Откровения — либо словесный, либо смысловой, либо выраженный действиями Посланника Аллаха (с.а.с.). В противном случае, если не существует такого текста, то цель и мудрость нельзя называть шариатскими из-за того, что Всевышний Аллах не сообщил людям об этом. Как и нельзя проводить аналогию между законами, предписанными нам.

Таким образом, привлечение выгоды и отстранение вреда — это результат, ожидаемый от соблюдения Шариата, а вовсе не мотив или причина предписания Шариата. Шариат преследует эти две цели, а не мотивируется ими. Разница между результатом и причиной заключается в том, что результат приходит вследствие претворения Шариата, а причина возникает до предписания шариатской нормы и сопровождает его. Предметом рассмотрения в первом случае выступает цель, а во втором — побудительная причина. Реальность того, что целью предписания Шариата в целом является привлечение выгоды и отстранение вреда, абсолютно не указывает на то, что эта цель является причиной и мотивом «Иллят» предписания Шариата. Таким объяснением Хизб смог пояснить ошибочность идеи того, что «аль-Макасид» является мотивом Шариата, и изобличить тех, кто, прикрываясь этой идеей, решил представить Умме новый Ислам, лишённый всех шариатских правовых правил, превратившись в некое учение, угождающее деградированной западной культуре, которая, с дозволения Аллаха, катиться вниз по наклонной.

8. На уровне конституции и законов

Одним из наиболее значимых правовых документов в истории мусульманского права является достаточно хорошо известное Мединское соглашение, которое по сути является первой исламской конституций. На протяжении всей истории Ислама мусульмане не озадачивали себя принятием изложенной в письменном виде конституции Исламского Государства, за исключением последних лет Османского Халифата, когда за этим делом стоял Запад, желавший того, чтобы государство уклонилось от признания Ислама единственным источником законодательства и фактическим правителем во внешних отношениях государства. Запад хотел, чтобы у государства была конституция западного образца, которая лишила бы государство исламской идентичности и принадлежности.

Лишь после разрушения Исламского Государства и установления нынешних злосчастных режимов были разработаны для этих государств специальные конституции по западному образцу. Да, некоторые отдельные личности или организации приняли несколько робких проектов по разработке исламской конституции, однако большая часть этих трудов так и не смогли дойти до уровня полноценной конституции с упоминанием подробных шариатских доказательств наподобие той, что была разработана исламской партией «Хизб ут-Тахрир». Хизб смог разработать полноценную и комплексную конституцию для государства Халифат, которое он стремится установить.

Хизб разработал проект этой конституции в 1963 году и представил его Исламской Умме для обсуждения среди мусульман, которые избавились или начали избавляться от прямого военного колониализма, насаженного на шею Уммы в конце Османского Халифата и после его падения. Ведь именно тогда силы неверия набросились на Умму, покромсали её на части, посягнули на единство и целостность земель мусульман, поделили их на географические единицы, назвав каждую из них государством. Затем эти неверующие распредели между англичанами и французами влияние в этих квазигосударствах согласно проклятому соглашению «Сайкс–Пико», заключённому в 1916 году.

В шестидесятые годы неверующие запустили процесс преобразования внешнего облика колониализма после того, как колониализм оказался изгоем и подвергся глобальной кампании, которую возглавил Советский Союз в период после Второй мировой войны. Так начался сериал мнимых независимостей, когда колониализм вывел свои вооружённые силы, но оставил за собой политическое влияние благодаря преданным ему агентам, которые инсценировали освобождение народа от проклятого колониализма. С обретением этой мнимой независимости каждая страна приняла для себя отличающий её от других флаг, национальный гимн и собственную конституцию. К большому сожалению, эти «независимые» государства обращались к Западу и Востоку за поиском новейшей конституции для «отечества», игнорируя при этом законодательное, правоведческое и существующее наследие Исламской Уммы, чему не было аналога ни у одной другой нации. Вспомните тот лучший трофей Наполеона, который достался ему при оккупации Египта и который он немедля отправил в Париж. Это был написанный Имамом Маликом труд по правовым вопросам и юриспруденции.

Разработав представленную в своих книгах конституцию, Хизб ут-Тахрир словно заявил сегодняшним правителям и одурманенным западной культурой мусульманам следующее: «Не утомляйте себя попрошайничеством на пороге у безбожного Запада, а лучше обратитесь к своему богатому законодательному наследию, и вы найдёте полноценную законодательную систему, в которой нет ничего неисламского и находящегося под влиянием чего-либо неисламского!». Таким образом, Хизб представил согласованный, хорошо сформулированный и комплексный проект конституции государства Халифат, призывающий Исламскую Умму принять его и работать над его воплощением в жизнь, а также заявить в лицо прозападным политикам, называющим себя учредительным комитетом: «Что вы учреждаете? Неужели мы — родившаяся сегодня нация, которая не имеет собственного общественно-политического строя и желает найти себе место под солнцем при помощи других?».

Мы — исконная нация в истории, которая веками, а точнее — десять веков, несла человечеству добро и благо. И сегодня у нас есть то, что мы предложим миру, чтобы помочь ему выйти из состояния смятения, потерянности и гнёта. Ведь Ислам — эта великая религия, которую Всевышний Аллах ниспослал как милость для всего человечества. Всевышний говорит:

وَمَآ أَرۡسَلۡنَٰكَ إِلَّا رَحۡمَةٗ لِّلۡعَٰلَمِينَ ١٠٧

«Мы отправили тебя только в качестве милости к мирам» (21:107)

После нескольких революций «Арабской весны» и свержения Бен Али, Мубарака и остальных президентов кроме этих, некоторым показалось, что политический режим рухнул. Они начали говорить о разработке новой конституции страны и формировать учредительные комитеты, которые мало чем отличались от своих предшественников, объединяя в себе левых, светских и исламистских политиков для принятия так называемой ими «консенсусной конституции». Только вот непонятно, «Консенсус между чем и чем?», «Это консенсус между заинтересованными сторонами, между Востоком и Западом, или между неверием и верой?». Вновь разгорелись споры вокруг статьи, в которой говорится о том, что исламское законодательство — это главный источник закона в стране, который был одобрен в конституции большинства исламских земель, чтобы бросить пыль в глаза. Исламская Умма никогда не успокоится, пока Ислам не станет единственным источником законодательства, пока исламская акыда не ляжет в основу государства, пока в общественно-политическом устройстве и социально-экономической жизни не будет ничего, кроме Ислама. Это так, поскольку исламская акыда является единственной и самодостаточной основой для конституции и законов.

Эти новоявленные учредители ничем не отличились от своих предшественников из бесчинствующих комитетов, которые канонизировали гнёт своей конституцией. Они больше стремятся угодить Западу — главному врагу Исламской Уммы, — нежели тому, чтобы Умма обрела такую конституцию, которая вытекала бы из её акыды. Наименьшее, что можно сказать о них, это то, что они являются преступниками.

وَمَن لَّمۡ يَحۡكُم بِمَآ أَنزَلَ ٱللَّهُ فَأُوْلَٰٓئِكَ هُمُ ٱلظَّٰلِمُونَ

«Те же, которые не управляют в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, являются несправедливыми» (5:45).

Все их конституции, как те, что были до революции, так и те, что были после них, являются не чем иным, как ложными и противоречивыми со всех сторон конституции, импортированными с безбожного Запада, который переживает удушающий экономический и морально-этический (нравственный) кризис вследствие прогнившей капиталистической системы, которая в своё время обольстила и ослепила их.

Исламская Умма в своём большинстве никогда не смирится с неисламским правлением. Она всегда будет хотеть только исламское общественно-политическое и социально-экономическое устройство государства в лице обещанного государства Халифат по методу пророчества. Все предлагаемые ей неисламские конституции, которым радуются прозападные учредители, обречены на погибель и будут брошены на свалку истории при восстановлении Исламского Государства.

Исламская юриспруденция, именуемая Фикхом, — это знание о практических шариатских вопросах, выведенных из соответствующих подробных доказательств. Это значит, что мы имеем практическое законодательство, выведенное из Корана, Сунны, Иджма ус-Сахаба и Кыяса на основе приведённого в тексте мотива (иллят), способное на решение всех современных проблем. Всевышний Аллах говорит:

ٱلۡيَوۡمَ أَكۡمَلۡتُ لَكُمۡ دِينَكُمۡ وَأَتۡمَمۡتُ عَلَيۡكُمۡ نِعۡمَتِي وَرَضِيتُ لَكُمُ ٱلۡإِسۡلَٰمَ دِينٗا

«Сегодня Я ради вас усовершенствовал вашу религию, довёл до конца Мою милость к вам и одобрил для вас в качестве религии Ислам» (5:3),

وَنَزَّلۡنَا عَلَيۡكَ ٱلۡكِتَٰبَ تِبۡيَٰنٗا لِّكُلِّ شَيۡءٖ وَهُدٗى وَرَحۡمَةٗ وَبُشۡرَىٰ لِلۡمُسۡلِمِينَ

«Мы ниспослали тебе Писание для разъяснения всякой вещи, как руководство к прямому пути, милость и благую весть для мусульман» (16:89).

Исламская Умма не является вольнодумной, чтобы выбирать между исламской и неисламской конституциями. Напротив, она несёт ответственность и обязана иметь только исламскую конституцию. И как может быть иначе, ведь Ислам является акыдой этой Уммы и основой её просвещения, культуры, юриспруденции и правового наследия. Исламская Умма живёт с этой религией и каждый день слышит её законы повсеместно, за исключением залов судебных заседаний, где практикуются придуманные человеком законы. Мусульмане видят Ислам во всех аспектах своей жизни и слышат о нём с трибун мечетей, в учебных заведениях, на форумах. Одним словом, Ислам всегда с Исламской Уммой. Как после всего этого в наших судах могут практиковаться бездушные придуманные людьми законы, которые не имеют никакого отношения к Умме и отрезаны от её жизни?!

Исламская Умма с большим желанием хочет только исламские законы и не думает уклоняться от их соблюдения. Например, мусульманин добровольно выплачивает закят со своего имущества с любовью и покорностью, одновременно с этим он старается обойти выплату налогов, наложенных на него несправедливыми законами. И как может быть иначе, ведь Всевышний Аллах говорит:

فَلَا وَرَبِّكَ لَا يُؤۡمِنُونَ حَتَّىٰ يُحَكِّمُوكَ فِيمَا شَجَرَ بَيۡنَهُمۡ ثُمَّ لَا يَجِدُواْ فِيٓ أَنفُسِهِمۡ حَرَجٗا مِّمَّا قَضَيۡتَ وَيُسَلِّمُواْ تَسۡلِيمٗا ٦٥

«Но нет — клянусь твоим Господом! — они не уверуют, пока они не изберут тебя судьёй во всём том, что запутано между ними, не перестанут испытывать в душе стеснение от твоего решения и не подчинятся полностью» (4:65).

Исламская конституция в предстоящем с дозволения Аллаха государстве Халифат поставит конец зависимости от Запада и снимет пелену с глаз ослеплённых и одурманенных западными достижениями мусульман, которые сегодня питают отвращение к тому проекту, который зиждется на их великой религии, просвещении и культуре. Всевышний Аллах говорит:

وَإِذَا قِيلَ لَهُمۡ تَعَالَوۡاْ إِلَىٰ مَآ أَنزَلَ ٱللَّهُ وَإِلَى ٱلرَّسُولِ رَأَيۡتَ ٱلۡمُنَٰفِقِينَ يَصُدُّونَ عَنكَ صُدُودٗا ٦١

«Когда им говорят: «Придите к тому, что ниспослал Аллах, и к Посланнику», — ты видишь, как лицемеры стремительно отворачиваются от тебя» (4:61).

В завершение хотелось бы обратиться к одурманенным западной культурой людям: «Не измышляйте ложь на Аллаха и не говорите, что Ислам не имеет собственного общественно-политического устройства, а значит, можно заимствовать республиканскую, демократическую, гражданскую, парламентскую, президентскую или смешанную форму правления, признавая при этом исламские принципы главным источником законодательства. Одно опровергает другое. Существует только одна система, которой мы должны руководствоваться и которую должны претворять — Исламский Халифат. Это общественно-политическое устройство, которое установил Посланник Аллаха (с.а.с.) и которым руководствовались впоследствии праведные халифы. И мы всеми силами должны сделать так, чтобы наша жизнь выстраивалась в соответствии с этой системой правления — Халифат по методу пророчества. Именно это государство поможет снискать довольство Аллаха, объединить мусульман воедино, защитить нашу честь, имущество и богатство, а также даст возможность жить в мире с любимцами Аллаха и в положении войны с Его врагами. В тот день мы установим и воплотим исламскую конституцию в жизнь. И тогда верующие возрадуются победе Аллаха».

Конец

 

Хамид Абдульазиз