Чёрный ящик западных идей. Часть I

Чёрный ящик западных идей. Часть I

بِسۡمِ ٱللَّهِ ٱلرَّحۡمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ

Саир Ахмад Саляма

Спустя более пяти лет c начала детального изучения основ идеологии демократии, светскости, либерализма и капитализма нам стали очевидны следующие аспекты, противоречащие основе этой идеологии, как и стали очевидны противоречия в её понимании действительности. Это подвигло нас к тому, чтобы пролить свет на неспособность демократии и светскости выработать хоть один закон, который бы защищал справедливость в обществе, или который бы пояснял людям их права и исполнял их, или которые бы заботились об интересах общества, или которые бы отделяли добро от зла, правильное от неправильного, да так, чтобы потом эти законы стали апелляционной базой, неким эталоном, на который бы ровнялись при издании остальных законов, указов и общественных норм. Кроме того, после обширного изучения теоретических идей и юридических практик, образующих собой инстанцию власти, как об этом говорят сами западные теоретики, мы можем сказать, что это исследование доказывает, что модель современного западного государства приводит народы к определённой дилемме. Эта дилемма выражается в следующем:

Первое: создаётся идейная пропасть между человеком и его миссией в этом мире, с одной стороны, и жизнью — с другой

Наше исследование коснулось основ идеологии демократии, светскости, либерализма и капитализма.

1. Слабость идеологии демократии–светскости–либерализма выясняется при её ответе на вопрос о том, откуда и для чего произошли человек, жизнь и Вселенная. Это простой и естественный вопрос, но ответ на него формирует целую идейную систему, которая может стать фундаментом для определённого убеждения, с помощью которого можно будет начать решать жизненные проблемы людей, всё равно, будь то проблемы экономического характера, или политического, или социального, или морального.

2. Демократическая/светская идеология не предоставляет какого-то объяснения цели существования человека, не связывает его жизнь с Создателем и Вселенной. Это, в свою очередь, прямо влияет на поведение светского человека даже в деталях, потому что выстраивает его образ жизни. Одновременно данная теория предоставляет человеку свою теорию ценностей и определяет то, какие ценности действительно важны, какие — не очень, а какие и вовсе таковыми не являются, после чего человек начинает стремиться к тем ценностям, на которые ему указала данная идеология, и берёт их себе за ориентир. Более того, данная идеология научила человека не думать о том, для чего, почему и откуда существует человек, жизнь и Вселенная, тем самым отрезав все вопросы об этом, чем автоматически отрезала вопросы о том, почему некоторые ценности эта идеологи признаёт, а некоторые нет. Вместе с тем, она не даёт человеку самому толковать систему ценностей! Такое отношение идеологии к своим носителям противоречит разуму и создаёт огромную идейную проблему. Почему? Потому что для человека осознание цели своего существования в этом мире не является вопросом второстепенного значения, который можно пододвинуть. Нет! Это вопрос первостепенного значения. Если человек не знает, для чего существует жизнь в этом мире, то он её попросту разрушит, потому что нельзя без последствий для своего разума взять и отделить от жизни все ценности, образ действий и цель существования на земле. Сама жизнь из-за этого будет лишена цели, ценности и образа отношения к ней. Парадокс, но светскость отделяет жизнь от представления её смысла. Отделение образа жизни от самой жизни приведёт к чудовищным результатам, потому что человек будет жить так, как хочет, вне зависимости от того, правильно ли то, что он хочет, или нет. Именно так воспитывает светскость человека: вдалеке от всякого представления о смысле жизни, когда он не задумывается о цели своего существования, об ответственности и обязанностях, неизменно следующих за этим представлением. Как вообще человек может отделять образ поведения от центрального вопроса своей жизни, связанного с его ролью и ответственностью в мире, в котором он живёт?! А ведь представление о смысле своего бытия непременно запускает в человеке процесс осознания того, какое поведение у него должно быть, в чём он должен быть убеждён и для чего он живёт в этом мире!

Второе: дилемма законности власти (её инстанция и источник)

В своих теориях западные мыслители указывали на необходимость построения государства, его конституции и законов на основе идеи власти нации, но так, чтобы нация стала источником всех видов власти. Согласно их взгляду, причина существования государства (власти) обязательно должна иметь основу, на которую бы оно опиралось для легализации своего бытия. Это обоснование считается главным гарантом достижения нацией и народом своего господства, ибо власть не будет законной, пока не станет результатом «общей воли» нации1. Они считают, что нация не может пользоваться своим правом абсолютного господства и быть источником всех видов власти, пока не получит полномочий к действиям, которые бы выражали это господство. Именно эти полномочия позволят ей воплотить в реальности всё своё господство. В свою очередь, нация никогда не станет источником всех видов власти, пока её законы не станут выражать её волю. Это условие, без которого не может быть подчинения нации своим законам и конституции, ибо нация будет подчиняться только законам и конституции, выражающим её волю, выражающим то, как она смотрит на своё господство и обладание естественной властью над собой. Если нация не будет знать того, выражают ли её волю те законы и та конституция, которые претворяются над ней, то понадобится очень много сил для того, чтобы привести её к подчинению данным законам и данной конституции.

Если не будет крепкой и настоящей связи между нацией и властью в реальных делах, тогда нация не будет принимать участия в законодательстве и не сможет устанавливать правителя, который бы замещал её в вопросах законотворчества и суда, воплощаемых в политических действиях или в законах, что и было бы фактическим претворением нацией своего господства. Тогда нация станет фактическим источником всех видов власти. Если западная идея не сможет воплотиться в современном государстве, то власть, исходящая из него, не будет иметь воплощения в воле нации, как и не будет нация источником всех видов власти, не будет у неё ни господства, ни власти, вследствие чего государство утратит легитимность своего существования, общественный договор между нацией и её правителем будет разорван, а власть перейдёт из состояния демократии в состояние авторитаризма.

Демократическая/светская система потерпела неудачу в издании законов. Она не смогла ни юридически, ни фактически обеспечить достижение нацией господства, хотя сама система уверяет о необходимости этого. Также эта система физически не может позволить нации стать реальным источником власти, а значит, власть демократических государств не имеет политической основы; источником этой власти является не «общая воля» нации или народа, а система, которая не черпает свою легитимность из рук нации, являющейся лишь теоретически обладательницей господства. Это связано с тем, что первоначальный принцип заключался в том, что нация становится обладательницей всех видов власти, получая полное господство, а законы выражают интересы каждого индивидуума в нации, и тогда она будет иметь целиком полную возможность выражать и претворять свою волю в обществе. Но это всё в теории. На практике же сама реальность стала громадной скалой на пути к озвученной цели, потому что собирать всех людей на одном уровне и советоваться с ними по каждому вопросу, связанному с правлением и административными делами, к тому же, непонятно, зачем постоянно собирать народных представителей, определять что кому полезно, а кому нет, дабы найти общественно полезное, устраивающие всех и каждого, управлять этим процессом — всё это попросту невозможно. Поэтому, как только эта теория перешла к практике, то тут же её сторонники стали идти на компромисс и заявили, что абсолютного согласия всех и каждого не требуется, а достаточно лишь мнения большинства. Следующей скалой на этом пути стала физическая невозможность действовать согласно мнению большинства, постоянно проводя общенародные опросы и референдумы о принятии того или иного закона с последующим утверждением способа его реализации. В связи с этим демократия пошла на компромисс сама с собой во второй раз и решила всеобщую волю нации, всеобщее право господства и власти передать в руки народных депутатов, что по идее должно было «гарантировать» достижение народом озвученных прав, но только в теории, ибо на практике этот выход оказался не выходом, а тупиком: народные представители стали представлять не мнение всех членов общества, а лишь мнение большинства из них, а значит, не все члены общества стали иметь возможность претворять свои желания и проекты в жизнь, пусть и руками своих представителей2. Далее западная идея декларирует то, что избранные депутаты примутся разрабатывать и внедрять законы, опираясь на мнение общества, и тем самым достигать общенационального консенсуса или претворять мнение большинства. Кроме того, они не смогли гарантировать, что власть не перейдёт в руки небольшой кучки людей. Исследуя теорию демократии и отслеживая результаты различных выборов в разных странах, мы обнаружили, что эти выборы не опирались на мнение большинства, более того, победа кандидата не зависела от результатов выборов, что мы уже задокументировали в других частях этого материала.

С одной стороны, западная идея потерпела полный провал в попытках гарантировать функциональность механизмов, которые бы реализовывали общественную волю, т.е. волю народа, независимую от воли отдельных личностей. Никто так и не смог, полностью опираясь на волю общества, отбросив в сторону всё остальное, установить конституцию или отдельные законы. Никто не смог решить проблемы общества и проблемы отношений между людьми, опираясь на взгляды общества. Теории западных мыслителей о том, что можно, опираясь на взгляды общества, решать его проблемы, оказались необоснованными. Более того, внутренняя и внешняя политика светских демократических государств при утверждении конституции и законов всегда опирается не на волю народа, а на политические силы внутри него, такие как политические партии и капиталисты. На практике «воли народа» не существует.

Западная система пренебрегла выработкой механизмов по консультации с населением в вопросах законодательства, чтобы отражать в своих законах их волю и взгляды на то, что является добром, а что злом (за редким исключением). Народные депутаты в парламентах не ссылаются на волю своих избирателей и правят по своей воле, а не по воле народа, принимают те решения, которые хотят сами, а не решения тех, кого они представляют. За исключением вопросов, которые были упомянуты ими в предвыборных обещаниях, абсолютное большинство вопросов, которые они будут поднимать и обсуждать в парламенте, не станет иметь никакого отношения к тем тезисам, на основании которых их избирали. Если они будут придерживаться мнения своих политических партий, или мнения отдельных личностей, или мнения самих себя, то в таком случае автоматически перестанут выражать мнение своих избирателей. Это делает невозможным гарантию прав избирателей, или реализацию их интересов, или реальное выражение их мнения. Если законодательные органы при издании законов и указов ссылаются на мнение специалистов, то ведь само общество не уполномочивало этих специалистов определять самим вместо общества то, что считать полезным для всех, а что вредным, какие законы от их имени принимать, а какие нет.

Западная система не смогла установить механизмы, которые бы гарантировали полное представительство нации в государственных органах, чтобы посредством этого получить господство, когда она полностью или в большинстве своей представлена и имеет в своих руках все виды власти. Более того, западная система заменила абсолютное большинство относительным, т.е., например, когда на президентских выборах во Франции Макрон получил 18,19% голосов избирателей, Олланд — 22,3%, а Саркози — 25,7%, то каждый из них в своё время был объявлен победителем на выборах при том, что ни один из них не получил голосов большей части населения Франции. Каждый из них получил относительное большинство голосов, а не абсолютное. Таким образом, в реальности оказывается, что каждый из этих президентов представлял мнение меньшинства населения Франции, а не большинства, и тем более — не всех. Значит, не то, что вся нация, но даже её абсолютное большинство не получит права господства; их мнение не будет реализовано. Получается государство, в котором меньшинство правит от имени большинства, реализуя лишь свои взгляды в отношении большинства. Как мы тогда можем считать, что такое государство представляет мнение большинства и что оно предоставляет нации господство? Таким образом, государство оказывается перед дилеммой, т.е. в тупике, потому что нет института, который бы выражал волю общества или хотя бы его большей части, и при этом западная система требует, чтобы в правлении государства было представлено мнение большинства нации. Из этого получается новый тупик, заключающийся в том, что по факту западные конституции и законы не опираются на мнение народа, хотя внешне обязаны. Власть в этих государствах народам не принадлежит. Это уже непременно ведёт к краху правовой и интеллектуальной основы общественного договора и автоматически образовывает авторитарный режим3.

Демократия не предоставляет никакого законного обоснования тому, с чего вдруг меньшинство должно подчиняться мнению большинства, почему остальная часть общества должна подчинятся мнению относительного большинства, избравшего президента или большую часть депутатов парламента, почему те, кто воздержался от выборов, должны подчиняться мнению тех, кто принял участие, и при этом никто не спрашивал у воздержавшихся, почему они воздержались, как и не предоставили им никакой альтернативы.

Демократия совершенно не прислушивается к мнению тех, кто не принимает участия на голосовании, тех, кто выступает против выборов, даже если их было 40% или 80% от всего народа. Вину за это демократия возлагает на них самих и не спрашивает их о том, согласны ли они вообще с проводимыми референдумами или выборами как таковыми. Наоборот, демократия использует выборы и мнение избирателей как средство для придания законности правителю или его заместителю, каким бы низким его рейтинг ни был в стране. Фактически, основная часть общества может быть вовсе не представлена в правлении, если отвергнет навязанные ей выборы. Возобладает мнение относительного большинства, даже если оно будет фактическим меньшинством. Те, кто откажется голосовать, утратят право господства. Относительное большинство становится авторитарным, его воля становится официальной волей всех и каждого. Все остальные группы населения не имеют права господства и власти. Это прямо противоречит философии демократии и её лозунгам, потому что официально демократия предоставляет власть и господство всему народу, вообще всем народам абсолютно. Но на деле большие группы из каждого народа были лишены этого права, не имея возможности пользоваться заявленным господством и будучи закованными в кандалы. Народу изначально не было дано выхода из капкана выборов. Только относительное большинство может рассчитывать на какое-то господство. Другие могут себе это позволить, только если присоединятся к выборам и станут частью системы. Так происходит снова и снова.

Народ был обманут, когда ему пообещали, что он таким методом будет избирать себе правителя, что он таким методом добудет себе господство и власть, что такая власть будет законной. Под этим лозунгом западная идея скрывала своё уродство, отсутствие интеллектуально-правовой системы, системы законов и политики.

Третье: по какому юридически обоснованному праву народ должен подчиняться конституции и законам?

Конституция призвана налаживать отношения граждан4, в т.ч. — их отношения с правителем, призвана задавать юридические концепции, очерчивать права и обязанности, а также пояснять то, в чём выражаются все виды власти в стране. Если мы внимательно рассмотрим эти юридические концепции, то увидим, что все они требуют юридической и технической компетенции. Ни у нации, ни у самих депутатов такой компетенции нет, а поэтому передача нацией своим депутатам права издавать законы является передачей права от одной некомпетентной стороны в руки другой некомпетентной стороне5. Удивительно, но факт: ни нация, ни её депутаты не придают этому значения. Поэтому в реальности нет никакого обоснования демократического лозунга о том, что правление должно быть в руках народа.

Западная система потерпела неудачу в попытках сделать из своих конституций и законов юридическую базу, которой бы подчинялись люди, вне зависимости от того, выражают эти конституции и законы мнение всего народа или его большей части, или же выражают мнение лишь некоей стороны, желающей придать своему мнению законность. В любом случае, когда большинство народа доверяет действовать от своего имени некоей группе, которая затем передаёт аналогичное право одной личности, то глупо полагать, что в итоге эта личность будет всецело исполнять волю большинства. Соответственно, конституции в демократии не отражают волю нации, и никто не консультируется с людьми. Так с чего вдруг нация обязана подчиняться конституции? По какому юридическому оправданию это должно происходить? Ответ: потому, что инстанцией законов в светском государстве является конституция. Однако конституцию разработала и утвердила группа законодателей, предложивших свой проект Палате представителей народа (парламенту) на голосование. Как мы сказали ранее, депутаты вовсе не обязательно окажутся специалистами в законодательстве, чтобы разбираться в каждом пункте и гарантировать правильность их выбора. Также они не выражают мнение народа, как мы это уже доказали. Итак, что это за орган, который устанавливает обязанность подчиняться конституции, который поощряет за лояльность к себе и наказывает за непокорность? Что это за орган, который определяет, что будет считаться плохим, а что хорошим? Почему, если кто-то не будет разделять некое мнение — он будет считаться плохим, а если станет разделять — хорошим? Всё потому, что так посчитала некая группа людей и утвердила своё мнение в виде конституции, обязательной для всех!

Следовательно, сама конституция, разработанная законотворческим комитетом, знатоками конституционного права не может служить выразителем воли нации, отчего нация вовсе не обязана следовать подобной конституции ни в целом, ни в деталях! Поскольку законы возведены на такой конституции, то и они тоже теряют легитимность. Законодательство в светских режимах на самом деле является результатом интеллектуальной деятельности и пристрастий небольшой группы юристов, судей, учёных-правоведов и влиятельных политиков, а не продуктом воли народа или продуктом воли его большей части.

Неспособность светской демократической системы установить нормативную силу закона означает неспособность определить то, у кого в связи с отделением религии от жизни есть право указывать людям, что они должны делать, а что не должны, за что они достойны награды, а за что наказания. Человек, составляющий конституцию, не представляет общественного мнения, не представляет мнение народа, не может считаться народным избранником. Кто-то сказал ему, что он имеет право указывать людям, что они должны делать, а что не должны. С чего вдруг общество обязано его слушаться, доверять ему и законам, выдуманным кучкой людей, пусть даже они — интеллектуалы? Он навязал свои законы людям, посчитав, что эти законы адекватны, а поэтому все обязаны их соблюдать.

Четвёртое: дилемма внесения поправок в законодательство, из-за которой невозможно достичь абсолютной справедливости

Демократическая/светская система опирается на философию относительной справедливости. Её они считают основой своей юриспруденции. Поскольку, согласно их мнению, разум не может прийти к категорично абсолютной истине, то нет и критериев или норм с такой же абсолютной непогрешимостью, а поэтому мы можем руководствоваться лишь относительной справедливостью, и не более того. Исходя из этого, они определили принцип изменений и внесения поправок альтернативой Шариату Аллаха с его твёрдостью и способностью быть актуальным во все времена. Они не руководствуются Шариатом, а поэтому принцип эволюции законов для них является базовым для управления обществом. Они считают нормальным и даже правильным систематическое исправление предыдущих законов, потому что сам человек в их глазах — существо, появившееся в результате эволюции, а раз так, то и законы, по которым он живёт, тоже должны время от времени изменяться и эволюционировать; это так же означает, что и законы не могут быть статичными и неизменными. Статичные и неизменные законы будут тормозить развитие человека и приведут его к деградации — так они считают.

Несмотря на то, что реалии жизни твердят обратное их взглядам, потому что человек и его сущность не меняются никогда. Человек каким был раньше, таким и остаётся. Его разум, его психика, его склонности, его поведение остаются неизменными со времён праотца Адама (а.с.), и они будут оставаться такими до Судного дня. В человеке всегда будет внутренняя жизненная энергия, выражаемая в его инстинктах и органических потребностях, которые не меняются, сколько бы эпох ни прошло. Если взять в рамки способы выражения этой энергии и систематизировать их правильным образом, т.е. направить их в нужное русло, учитывая, что сами эти инстинкты не меняются, то вскоре можно будет исправить реальность вокруг нас, а отсюда следует, что будут исправлены и люди. Одной из юридических наук в Исламе является наука о целях Шариата, выражающая философию законов. Нечто подобное сегодня имеется и в западных юридических исследованиях под названием «Legal philosophy», где изучается характер целей законов, лежащих в основе системы юриспруденции. Однако эта наука прямо сталкивается с идейной основой демократии и светскости, причём этого столкновения никак не удаётся избежать, потому что необходимо выработать ценности и стандарты, которые бы секуляристы хотели видеть в обществе, и вместе с тем необходимо для всех законов выработать свои цели, такие как защита безопасности общества, неприкосновенность частной жизни и имущества, справедливость и прочее. Однако наличие этих ценностей и целей противоречит основной идее светскости и демократии, т.н. «принципу плюралистического общества», потому что навязывает обществу одни ценности и запрещает другие, что противоречит принципу свободного общества, о котором говорит светскость. Светскость не может определить какие-то одни цели законов и какие-то одни ценности, отбрасывая другие, потому что именно по этой причине она некогда обвиняла религию в тирании, т.е. именно — из-за её твёрдых неизменных ценностей. С другой стороны, светскость всё же вынуждена определять некие одни ценности, игнорируя другие, т.е. она вынуждена быть твёрдой и статичной, как и религия, хотя сама утверждает, что человек не стоит на месте и всегда эволюционирует, а поэтому в глазах светскости никакие законы и никакие ценности не могут быть статичными. А раз так, то истинно светское общество должно быть лишено постоянных ценностей и законов, иначе оно не будет эволюционировать. Если же мы допустим «плавающие» законы и ценности, сегодня — такие, а завтра — другие, то утратим статичное понятие о справедливости и сделаем её в лучшем случае относительной, т.е. то, что сегодня будет считаться запретным, завтра будет считаться дозволенным, то, что сегодня считается хорошим, завтра будет считаться плохим. Например, сегодня наркотики считаются запретными, а продавец наркотиков, соответственно, преступником. Но завтра наркотики будут считаться дозволенным товаром, а продавцы наркотиков — легальными бизнесменами. Вчера мы сажали их в тюрьмы, а сегодня будем ставить их в пример как успешных людей. Вот к чему приводит постоянная смена ценностей, но без неё нарушается базовый принцип светскости. Установишь постоянные ценности и цели законов — войдёшь в противоречие с принципом эволюции. Пустишь ценности и цели законов в «свободное плавание» и поддашь их систематическим изменениям — лишишь общество статичных целей совместного существования, из-за чего оно распадётся. Это тупик. Светскость не знает выхода из него. Любое решение этой проблемы в рамках светскости будет подобно выстрелу в ногу.

 

---------------

1.  Философы эпохи Просвещения, такие как Руссо, проводили разницу между понятиями «воля общества» и «воля сообщества». Так воля сообщества представляет собой волю некоторых индивидов, собравшихся вместе для выражения своей одинаковой воли ради достижения своих интересов. При этом их воля не обязательно должна совпадать с волей других, а значит, и их интересы тоже. Более того, их мнение может противоречить мнению других, ибо принадлежит только им. Это сообщество может продвигать вперёд своё мнение посредством выборов и выбирать своего представителя, который будет добиваться решения проблем именно своих избирателей, заявляя об этом в своей программе. А вот воля общества — это воля всех, выражающая мнение каждого, защищающее интересы каждого. Воля общества — это не воля большинства и не воля влиятельной части общества. Это воля всех и каждого. Так Руссо говорит: «Лишь воля общества в состоянии направить силу государства на достижение цели, в которой будет общее благо, ибо если конфликт частных интересов сделал необходимым создание сообществ, то значит, эти сообщества смогут прийти к согласию. Если бы между этими сообществами не было бы никаких общих интересов, то они бы никогда не стали обществом».

2. Светскость предоставляет право участия на выборах. Кто желает — участвует. Но проблема заключается в том, что результат выборов не всегда выражает мнение абсолютного большинства жителей страны, не говоря уже о мнении всех граждан. Это естественно для выборов, а поэтому добиться своих прав при помощи дискредитировавших себя механизмов не представляется возможным, это, скорее, игра, чем попытка выразить мнение нации, чтобы потом говорить от её имени и полагать, что отныне господство принадлежит ей.

3. За Макрона во Франции проголосовало 18,19% избирателей — относительное большинство. Это значит, что против его кандидатуры был 81,81% граждан Франции — абсолютное большинство. Однако абсолютное большинство будет вынуждено подчиниться мнению относительного большинства.

4. Конституция — это собрание правил, которым обязывает следовать правитель, которые очерчивают систему правления, основанную на законах, поясняющих вид государства и его качества, основы и органы правления и административного управления, а также основы, на которых это государство зиждется.

5. Представьте, как происходит референдум по поводу систем правления среди тех, кто совершенно в этом не разбирается, в силу отсутствия какого-нибудь образования, либо их образование связано с другими отраслями, такими как физика, химия, медицина, инженерия и т.д. Неужели непонятно, что опрос о системе правления ведётся среди некомпетентных людей, которые затем ещё и выбирают депутатов, чтобы те принимали некие законы и конституции?