Бассам Фархат, Тунис
Предыдущая чатсть по ссылке
Третья составляющая: фракционное движение
Третья составляющая военного переворота заключается в том, что он носит фракционный характер, то есть осуществляется определённой фракцией народа под руководством одного человека или небольшой группы военных либо гражданских лиц, использующих военный инструмент. В обоих случаях для осуществления переворота не требуется большое число заговорщиков: достаточно сравнительно небольшой группы при условии, что она контролирует ключевые звенья командной иерархии военного учреждения или его наиболее сильной части.
Основная тяжесть организации переворота ложится не на подразделения и части, которые его осуществляют, а на высшее командное руководство, принимающее решение о военном действии и превращающее его в политическое. При этом исполнители не обязаны разделять проект переворотчиков, их привязанности и политические взгляды: от них требуется лишь исполнение приказа. Такой фракционный характер проявляется в двух основных формах.
Во-первых, переворот может совершаться в личных интересах. В таком случае обладатель высокого воинского звания сам возглавляет верное ему военное подразделение или подразделение, над которым он имеет военную власть — батальон, бригаду, роту, армию и тому подобное, — совершает переворот и провозглашает себя главой власти. Примеры — Томас Санкара в Верхней Вольте и Ибрагим Траоре в Буркина-Фасо. Другой вариант — когда переворот возглавляет группа офицеров, а затем выдвигает одного из своих членов на правление. Примером служат египетские «Свободные офицеры»: сначала Мухаммад Нагиб, затем Гамаль Абдель Насер.
Во-вторых, переворот может совершаться по поручению другой стороны — военной или гражданской. В этом случае сам переворотчик отходит на второй план и просит военного руководителя или военное подразделение — будь то лояльное ему подразделение или подразделение, подчинённое командующему переворотом, — совершить переворот от его имени, передать ему бразды власти и обеспечить ему защиту. Примеры — Ахмад Хасан аль-Бакр в Ираке и аль-Атаси в Сирии.
В итоге военный переворот не является выражением массового движения или воплощением народной воли. Это навязанное сверху фракционное политическое действие, осуществляемое военным инструментом: одна фракция его планирует, а другая — исполняет, независимо от народа.
Необходимо установить власть Ислама
Хотя операция «кесарево сечение», как и переворот, тоже носит фракционный характер, поскольку для её осуществления достаточно привлечь тех, кто контролирует ключевые звенья командной иерархии части армии и способен привести её в движение, на практике этот фракционный характер проявляется иначе — и по своему шариатскому статусу, и по своей действительности он отличается от переворота.
Хизб ут-Тахрир не принимает материальные действия в качестве метода несения призыва: он ограничивается исключительно идейной работой. Что касается вооружённых военных действий, то ему недопустимо прибегать к ним — даже для устранения порицаемого действия со стороны правителей или для получения власти. Ему дозволено заниматься только идейной и политической деятельностью. Поэтому Хизб ут-Тахрир не добивается нусры собственными силами: он не формирует из своих членов вооружённую военную группу, с помощью которой мог бы добиться победы и поручить ей проведение операции «кесарево сечение». Напротив, он обращается за нусрой к тем, кто способен оказать её, и просит их оказать ему поддержку и передать ему власть, поскольку именно они обладают силой и возможностями.
Это шариатское постановление, относящееся к методу, от которого мы не вправе отступать. Посланник Аллаха ﷺ ограничивался в своём призыве идейной и политической деятельностью. Не установлено, чтобы в мекканский период он прибегал к материальным военным действиям, хотя имел такую возможность.
Это касается стороны, к которой обращаются за нусрой и которая должна осуществить операцию «кесарево сечение». Что же касается самой нусры и её практического осуществления, то они не сводятся к просьбе к какой-либо стороне — одному человеку или группе людей — взять в руки оружие и сражаться, чтобы передать просителю власть, независимо от того, будет ли он сам участвовать в сражении. Речь не идёт об использовании вооружённой банды, найме наёмной армии или задействовании военного подразделения, которое, словно лишённое слуха и речи, беспрекословно исполняет приказы, не задумываясь, чтобы оно совершило вооружённые материальные действия и передало власть просителю.
Речь идёт о том, что политическая партия, несущая политический проект, обращается к сильной, влиятельной и защищённой стороне, которая принимает её политический проект и готова ради него жертвовать собой, с просьбой оказать ей нусру, чтобы она могла получить власть. Иными словами, политическая партия обращается к своим сторонникам и тем, кто её поддерживает, — к людям, обладающим политическим весом и способностью оказать нусру, — чтобы они использовали свой вес и свои возможности для устранения материальных препятствий, мешающих партии получить власть.
Следовательно, цель состоит в установлении власти Ислама посредством тех, кто оказывает нусру Исламу и партии, а не в получении власти как таковом. Именно так поступал Посланник Аллаха ﷺ: он представлял себя арабским племенам как посланного Пророка и предлагал им Ислам как акыду, принцип и политический проект. Если они признавали его правдивость и уверовали в него, он просил у них нусру. Следование примеру Посланника Аллаха ﷺ требует от нас поступать так же, как поступал он, в точности следуя его примеру и совершая это именно потому, что так поступал он.
Четвёртая составляющая: тайное движение
Четвёртая составляющая военного переворота заключается в его тайном характере. Поскольку переворот по своей цели и характеру является фракционным действием, лишённым конституционной и правовой легитимности и навязываемым как народу, так и самому военному учреждению, он требует высокой степени секретности и скрытности на всех этапах — как в целом, так и в отдельных действиях и деталях. Это предполагает дисциплину, осторожность, настороженность и полное молчание, в том числе перед непосредственными исполнителями. И всё это необходимо по следующим причинам.
Во-первых, чтобы обеспечить нейтралитет группы исполнителей и основной массы армии, которые могут не разделять целей переворотчиков, а также добиться их подчинения военным приказам.
Во-вторых, чтобы избежать отстранения от должностей до осуществления переворота, в результате чего переворотчики лишились бы легитимности как руководители военного учреждения, а вместе с ней — возможности маневрировать и задействовать военные силы.
В-третьих, чтобы не допустить утечки информации к действующей власти или иностранной стороне, фактически контролирующей страну, которая могла бы опередить переворотчиков и сорвать их действия.
В-четвёртых, чтобы застать народ врасплох, ошеломить его и поставить перед свершившимся фактом, лишив возможности занять какую-либо позицию, так что ему останется лишь смириться и покориться.
Обман, хитрость, маневрирование и абсолютная секретность — основные черты военных переворотов. В интересах переворотчиков не раскрывать своих целей, особенно в условиях международной борьбы за влияние, интересы и богатства. Поэтому вооружённые силы приводятся в движение на основании приказа, истинная цель которого неизвестна, либо под видом мнимой или не соответствующей действительности цели. Это позволяет военному командованию действовать быстро и эффективно.
Поэтому сразу после успеха переворота его организаторы спешат положить конец информационной завесе и слухам, продвинуть собственную точку зрения и своё видение происходящего. Для этого они публикуют заявление о перевороте, а затем и последующие заявления через местные и международные средства массовой информации, а также в официальных газетах. Так они формируют общественное мнение уже постфактум и придают перевороту предполагаемую конституционную и правовую легитимность.
Политический процесс, а не военное свержение
Что касается операции «кесарево сечение», то, хотя она, подобно военному перевороту, носит тайный и фракционный характер, её основание принципиально и существенно отличается от основания переворота.
Оба явления объединяет всеобщая социальная закономерность, которая не меняется и не исчезает, пока существуют люди и человеческие общества: для установления власти или её свержения необходимо опираться на материальную силу. Однако они различаются тем, как именно эта закономерность проявляется, в каких обстоятельствах действует и как реализуется на практике.
Операция «кесарево сечение», как и переворот, осуществляется тайно, но её секретность обусловлена не отсутствием конституционной и правовой легитимности. Она объясняется стремлением обеспечить успех операции, исключить возможность её провала и предотвратить её срыв на самом начальном этапе. Это соответствует принципу: «Прибегайте к скрытности, добиваясь осуществления своих нужд».
Поэтому операция «кесарево сечение» сохраняет секретность в своих отдельных частях, обстоятельствах и деталях проведения — в отношении людей, места, дня, времени и способа осуществления, — но её предпосылки и подготовительные этапы открыты. Это не разведывательная операция, тайно спланированная по ночам в подвалах и коридорах посольств. Вокруг её идейно-политического проекта уже сформировалось общественное мнение, основанное на общем осознании в Умме, и появилась народная база. Всем известно, что партия добивается нусры для получения власти как способа претворить этот проект в жизнь.
Более того, само военное учреждение знает, что существует политическая сторона, которая обращается к нему, стремится заручиться его расположением и открыто представляет свой проект. Исполняющие операцию военнослужащие также должны осознавать смысл того, к чему они приступают, и быть согласными с этим, рассматривая свои действия как важнейшую из обязанностей и одну из самых настоятельных повинностей, лежащих на них.
В итоге операция «кесарево сечение» представляет собой политическое действие, осуществляемое военным инструментом и венчающее весь путь политической борьбы, идейной и политической деятельности внутри Уммы. Это не военное свержение, навязанное ей извне.
В отличие от этого, переворот как разведывательное, колониальное и неконституционное действие требует абсолютной секретности даже от непосредственных исполнителей, не говоря уже об Умме. Секретность охватывает и предпосылки с подготовительными этапами, и обстоятельства с деталями осуществления переворота, что неизбежно предполагает обман, хитрость, маневрирование, тайные сговоры и предательство.
Пятая составляющая: движение, вызванное частными требованиями
Пятая составляющая военного переворота заключается в том, что он представляет собой движение, вызванное частными требованиями. Иными словами, его мотив и цель ограничены частной проблемой и не выходят за рамки смены правящей команды из-за её неудач в отдельных экономических, социальных или политических вопросах.
Переворотчики не являются носителями принципиального проекта, направленного на изменение акыды государства и построение власти на новой идее, способной поднять народ. Они не стремятся получить власть как средство внедрения в общество тех идей, которые сами принимают. В лучшем случае, если переворот окажется успешным, они могут провести отдельные поверхностные исправления — например, объявить чрезвычайное положение, изменить конституцию или отменить какое-либо внесённое в неё изменение.
Изучая опыт пояса военных переворотов в Западной Африке к югу от Сахары, нетрудно заметить, что все эти перевороты имеют общие причины и стимулы: низкий уровень соблюдения прав, бедность, безработицу, тяжёлые социальные условия, демографическое давление, различные кризисы, политические провалы, экономическую несостоятельность, сосредоточение богатств в руках правящей элиты, коррупцию, кумовство, отсутствие справедливости и прозрачности, недостаточную компетентность должностных лиц, организованную преступность, терроризм, джихадистские движения и препятствия на пути мирной передачи власти.
Хотя эти частные требования и проблемы на самом деле служат предлогами, ширмой и прикрытием для ожесточённой международной борьбы между великими державами за богатства и ресурсы континента — США, Францией, Великобританией, Россией и Китаем, — они всё же представляют собой реальную повседневную действительность этого региона. Это настоящие проблемы, от которых страдает Африка и которые требуют немедленного решения, что и используется для оправдания переворотов.
Военные перевороты не имеют отношения к принципам, акыдам и всеобъемлющим идеям — в отличие от революций. Требования революций носят принципиальный и всеобъемлющий характер, поскольку направлены на всю систему жизни целиком. Это всеобъемлющий переворот и коренное изменение жизни: требования революций выходят за рамки частных деталей и затрагивают идейные основы, из которых возникли эти порочные частные явления. Примерами служат Французская революция, большевистская революция и китайская «культурная революция».
Такие революции обречены на успех, если для их осуществления соблюдаются политические условия и социальные закономерности. Если же военное действие, венчающее политический и народный процесс, терпит неудачу, это свидетельствует о том, что перед нами всего лишь народное восстание с неясной целью, которому недостаёт подлинной народной опоры и достаточного общественного мнения в поддержку его требований.
Восстания же, даже если в действительности они носят народный и открытый характер и имеют определённую цель, отличаются тем, что их движение незрелое, непродуманное и неоформленное. В них присутствуют личные интересы и фракционные амбиции. Это всего лишь инстинктивная реакция на неблагополучную действительность, хаотичное, неорганизованное и недисциплинированное движение, которое в итоге терпит сокрушительное поражение.
Изменение акыды государства
В отличие от этого, операция «кесарево сечение» — это не просто движение, вызванное частными требованиями и преследующее ограниченную цель: смену колониальных покровителей и правящей команды по указке соперничающих великих держав, которые используют недовольство людей неудачами правителей в отдельных вопросах управления. Напротив, это способ привести к власти новый политический проект.
Задача Хизб ут-Тахрир заключается в том, чтобы вновь оживить исламскую акыду в сознании мусульман. Его цель — установить власть на основе исламской идеи, которую принимает Умма. Поэтому его проект носит принципиальный, идейный и всеобъемлющий характер: он направлен на всю систему жизни и призван изменить акыду государства, построив власть на всеобъемлющей идее, способной поднять народ.
Таким образом, операция «кесарево сечение» ведёт к устранению акыды отделения религии от жизни и утверждению исламской акыды в сфере власти, отношений и всех систем жизни. Иными словами, она ведёт к применению Шариата Аллаха на руинах капиталистической демократии.
Это коренное изменение, выходящее за рамки частичных исправлений и направленное на принципиальные идейные основы, породившие эти порочные частные явления. Естественно, что такое изменение затронет и носителей этих основ, и тех, кто претворяет их в жизнь, будь то правители или интеллектуальные элиты.
Хотя в одном отношении — коренном принципиальном изменении — операция «кесарево сечение» совпадает с революцией в её социологическом понимании, то есть с народным движением, направленным на изменение характера государства и его принципа с помощью военного инструмента, она всё же остаётся особой, отличительной и неповторимой революцией, не похожей на остальные. Поэтому необходимо обозначать её с учётом её идейно-вероубежденческого характера и говорить: «Исламская революция».
Её особенность и отличие обусловлены общим осознанием. Великие революции, изменившие ход истории, — Французская и большевистская, — несмотря на то, что они представляли собой открытые, всеобъемлющие и коренные изменения, не вызванные частными требованиями, опирались на общественное мнение, лишённое глубокого идейного содержания. Они использовали недовольство народов неблагополучной действительностью, чтобы привести к власти элитарное сознание, опираясь на народные массы. Поэтому общее осознание в этих революциях возникало уже после их победы, а не до неё: оно создавалось революционным режимом после установления власти, как результат его контроля над ней, а не было народным требованием или выражением власти Уммы.
Шестая составляющая: внезапное и стремительное движение
Шестая составляющая военного переворота заключается в том, что он является внезапным и стремительным. Иными словами, он представляет собой самостоятельное событие, которое сводится к самому акту переворота, без предшествующих ему открытых этапов и обстоятельств.
Требование сохранять секретность при осуществлении переворота и скрывать его подлинную цель означает, что переворот происходит внезапно, без очевидных открытых предпосылок и без предшествующей политической или военной деятельности. Он не является завершением открытого политического или военного процесса, венчающим его и пожинающим его плоды. Иными словами, переворот не представляет собой отдельный этап или заключительную стадию длительного процесса, пройденного как на политическом уровне, так и на народном.
Цель военного переворота заключается лишь в захвате власти. Переворотчики не рассматривают власть как элемент строительства государства, поскольку не стремятся построить её на какой-либо всеобъемлющей идее. Ведь такая цель предполагает длительную политическую борьбу, идейную и политическую деятельность внутри народа, которые должны предшествовать получению власти и завершаться им. Всё это включает разъяснение идеи, формирование отклика на неё, укрепление общественного мнения и общего осознания вокруг неё, а также создание народной базы, которая её поддерживает.
Поскольку переворотчики не получили власть непосредственно от её естественного источника — народа или наиболее сильной его части, — они стремятся к следующему.
Во-первых, в первые дни они стараются не выступать против какой-либо конкретной политической или социальной стороны. Всем они внушают надежду с помощью общих и расплывчатых политических заявлений, которые должны удовлетворить всех и никого не настроить против них, особенно тех, кто представляет потенциальную угрозу: остальные части армии, политические партии, профсоюзы, журналистов, предпринимателей и религиозных деятелей.
Во-вторых, они стараются привлечь на свою сторону представителей прежнего режима, нейтрализовать их или временно вступить с ними в союз, чтобы смягчить для них и их сторонников потрясение от внезапной смены власти. Это посылает важный политический сигнал: защищать режим, от которого отвернулись даже самые близкие ему люди, бессмысленно.
В-третьих, они стремятся заручиться расположением образованного среднего класса, который не извлёк выгоды из прежнего режима. Полученное образование делает этих людей способными оказать эффективную поддержку, а лишение их благ создаёт психологический стимул к такой поддержке.
Поскольку переворот представляет собой отдельное действие, ограниченное самим актом переворота, он должен быть стремительным и сводиться к первоначальному военному удару: успех переворота зависит от успеха этого удара, а его провал — от провала удара. Неудача первого удара означает провал всего движения и может привести к народному восстанию, кровопролитной гражданской войне или военному мятежу, который может как потерпеть поражение, так и завершиться успехом.
Военное действие является неотъемлемой составляющей военного переворота как такового. Поэтому, если военное действие отсутствует или от него отказываются, меняется сама природа происходящего: оно превращается в «бескровный переворот», то есть в смену власти изнутри государственных структур с использованием политических, а не военных средств.
Что касается операции «кесарево сечение», то к ней можно прибегнуть как к одному из способов получения власти, однако государство может быть установлено и без неё — в зависимости от того, к чему обязывает реальное положение дел с точкой опоры.
Установление государства, а не получение власти
Операция «кесарево сечение» не является внезапным и стремительным действием, самостоятельным и сведённым к одному лишь военному акту, как это происходит при военных переворотах. Напротив, это политическое действие, осуществляемое военным инструментом, которому предшествуют открытые предпосылки и обстоятельства, а за которым следуют определённые последствия. Оно венчает открытый политический процесс, происходящий на виду у всех, и пожинает его плоды как отдельный этап и заключительная стадия целого ряда действий, движений и пройденных этапов на уровне Уммы. Всё это направлено на то, чтобы вновь оживить исламскую акыду, исправить идеи, понятия и убеждения, очистив их от примесей демократии и пороков западного взгляда на жизнь.
Получение власти принципиальной партией отличается от получения власти как такового. Оно требует прежде всего создания народной базы, ещё до появления материальной силы, поскольку принятие Уммой проекта партии и формирование общественного мнения, основанного на общем осознании этого проекта, являются необходимым условием и принципиально важным обстоятельством для достижения её цели.
Наша задача заключается не просто в получении власти. Наша задача — построить государство, вновь оживив исламскую акыду в сознании его предполагаемых мусульманских подданных. Когда это будет достигнуто и Умма откликнется на призыв, получение власти станет естественным следствием.
Во-первых, это подтверждается самой действительностью желаемого государства. Оно представляет собой образование, основанное на исламской идее, которую принимает партия и которая служит основой для государственного аппарата, претворяющего в жизнь вытекающие из неё понятия, критерии и убеждения. Чтобы построить такое образование правильно и прочно, необходимо сплавить Умму в горниле партии, сформировав вокруг этой идеи общественное мнение, основанное на общем осознании, и создав народную базу, которая поддержит как саму идею, так и её носителей.
Государство — это Умма. Поэтому, если идея государства уже существует в Умме, государство возникло. Власть же является одним из действий по его строительству, а операция «кесарево сечение» представляет собой способ его рождения, а не его учреждения.
Во-вторых, это подтверждается самой действительностью желаемого возрождения. Возрождение общества не означает захвата власти посредством военного переворота с последующим построением её на основе исламской идеи. Такое действие не приведёт к возрождению. Возрождение означает разъяснение Умме исламской идеи, посредством которой предполагается добиться её подъёма, и объединение Уммы вокруг движения с этой идеей на жизненном поприще. После этого власть получают, чтобы построить её на данной идее. Таким образом, власть становится средством возрождения, если она установлена на основе этой идеи.
В-третьих, это подтверждается самой действительностью власти. Захват власти и её навязывание Умме извне не обеспечивают установления исламской власти, даже если при этом применяется Шариат, и не дают ей причин для стойкости и устойчивости. Такая власть вскоре будет свергнута либо утратит свой исламский характер под давлением улицы и врагов.
Истинной же гарантией стойкости и долговечности власти являются процесс сплавления и народная база. Помимо того, что они служат основой, на которой держатся общественное мнение и общее осознание, именно они защищают государство и Умму, оберегают Ислам, закрепляют его идеи в обществе и обеспечивают надлежащее применение его законоположений.
Таким образом, государство Халифат станет подлинным выражением власти Уммы и искренним воплощением её желания жить по Исламу. Оно родится сильным, неприступным и уверенным в безопасности на внутреннем и внешнем фронтах. Его внушительная сила, громкая слава и сплочённость Уммы вокруг него обеспечат ему стойкость, устойчивость, стабильность и процветание, особенно перед лицом первоначального потрясения после его возникновения и натиска неверного колонизатора.
Поэтому провал операции «кесарево сечение» при получении власти — помимо того, что такая возможность маловероятна — ни в коем случае не означает провала всего движения, как это происходит с военными переворотами. Проигрыш одного сражения не означает проигрыша войны. Он также не означает изменения характера военного действия, превращения переворота в мятеж, подобный незрелым народным восстаниям. Общественное мнение, основанное на общем осознании, и народная база сохраняют движение в действии, пока государство не будет установлено.
В итоге
После проведённого сравнительного исследования мы с полной уверенностью приходим к выводу, что военный переворот и операция «кесарево сечение» — это два различных политических понятия по своему установившемуся значению, основанию, составляющим признакам, смыслу и закономерностям. Это различие неизбежно отражается и на смысловой окраске каждого из них.
Хотя военное действие, на котором строится политическое действие или которым оно венчается, является общим элементом военного переворота и операции «кесарево сечение», это ни в коем случае не означает, что оба явления относятся к категории военных переворотов. Каждое из них представляет собой самостоятельное политическое понятие, значение которого установилось в политической и военной социологии, а также в шариатском и правовом знании, даже если они сходны и имеют некоторые общие обстоятельства и детали.
Помимо того, что термин «военный переворот» обладает отрицательной смысловой окраской и ассоциируется с хаосом, варварством, нарушением конституции, обходом закона, диктатурой и нелегитимностью, сами составляющие военного переворота прямо свидетельствуют о его противоположности операции «кесарево сечение». Это позволяет нам с уверенностью утверждать, что военный переворот не относится к способам получения власти в Исламе.
Основание военного переворота полностью отличается от основания операции «кесарево сечение», и мы не вправе с точки зрения Шариата применять постановление к тому, к чему оно не относится.
Получить власть посредством военного переворота означает захватить её без естественного завершения процесса политической борьбы внутри Уммы, то есть без формирования общественного мнения, основанного на общем осознании, без создания народной опоры и без осуществления процесса сплавления. Помимо того, что это противоречит методу, такой путь бесплоден и на практике.
Подобно тому, как кесарево сечение не проводят беременной женщине, пока плод не сформировался полностью, срок беременности не завершился и не появились признаки родов, а также пока не обнаружилось определённое препятствие, мешающее естественному появлению ребёнка на свет и угрожающее гибелью и ему, и его матери, так и к операции «кесарево сечение» для получения власти прибегают лишь тогда, когда подтверждено, что между носителями призыва и обществом установилось необходимое взаимопонимание, государство сформировалось в недрах Уммы и для завершения его строительства осталось только получить власть. Однако этому препятствует неестественная внешняя опора, которая позволяет агентам оставаться у власти и затрудняет рождение государства.
Этот окончательный вывод стал результатом последовательного, поступательного идейного процесса, практически воплощавшегося в несении призыва и теоретически и идейно освещавшегося благородным жизнеописанием Пророка ﷺ.
Хизб ут-Тахрир провёл различие между способом получения власти и методом установления государства. В прокламации «Наша задача — не просто получение власти» от 1968 года партия прямо указала, что установление власти на основе идеи Ислама не означает совершения военного переворота. Затем в другой прокламации 1970 года она заявила, что не желает получать власть посредством военного переворота. Тем самым военный переворот окончательно исключается из перечня способов получения власти, а, следовательно, и из категории операции «кесарево сечение».
Конец
