Исам аш-Шейх Ганим
Если крупнейшие проблемы, перечисленные нами в предыдущей статье, — такие как подъём Китая и опасность Ислама, — имеют вполне осязаемый характер и проявляются в американской политике в виде таможенных пошлин, государственной поддержки конкурентоспособности компаний, например производителей электронных микросхем, а также вторжения в Афганистан, войны против Ирана, призывов к правителям нормализовать отношения с еврейским образованием и многого другого, то сама сущность капиталистической проблемы, то есть главной внутренней дилеммы Америки, отдельные стороны которой были рассмотрены ранее, вообще не является предметом исследования ни одной американской администрации. Тем более это касается администрации Трампа, который сам принадлежит к числу американских капиталистов и обвиняется в использовании власти ради извлечения прибыли. Об этом свидетельствуют, например, его противоречивые заявления относительно войны с Ираном, совпадавшие с заключением нефтяных контрактов на бирже, которые может заключать лишь тот, кому заранее становятся известны намерения президента.
Эта проблема не является предметом обсуждения и для самого американского общества, погружённого в дезинформацию со стороны собственного правительства и крупнейших корпораций. Хотя порой народ ощущает тяжесть своего положения и поднимает лозунги, перерастающие в нечто вроде движения, например «Захвати Уолл-стрит», государство и корпорации быстро гасят эти протесты, не позволяя им разгореться.
Иными словами, администрация Трампа пришла решать проблемы Америки, не ставя под сомнение саму капиталистическую систему. Даже её планы по возвращению промышленности из-за рубежа нельзя считать попыткой исправить саму систему, поскольку их цель заключается лишь в создании рабочих мест и развитии внутреннего производства ради снижения зависимости от Китая. Это рассматривается как один из инструментов борьбы с китайской экономикой посредством лишения её прибыли, получаемой на американском рынке.
Всё это делает политику администрации Трампа в решении международных проблем Америки глубоко ущербной. Она подобна больному и невежественному врачу, который пытается лечить членов своей семьи от различных болезней, не понимая, что собственная болезнь гораздо опаснее тех недугов, которые он стремится исцелить.
Если президент Трамп осознаёт, что проблема Америки заключается в истощении её ресурсов, то он стремится восполнить их посредством международного вымогательства. Начало этому было положено ещё во время его первого президентского срока, когда он подтолкнул Саудовскую Аравию к давлению на Катар, и тот, чтобы угодить Трампу и смягчить саудовскую блокаду, влил значительные средства в американскую экономику. Так и произошло.
Того же самого он добивается и от Саудовской Аравии, которая ещё в его первый срок обещала заключить оружейные контракты на сотни миллиардов долларов, однако не смогла выполнить обещание из-за колоссального объёма этих сумм. Затем уже во время второго срока она пообещала инвестировать один триллион долларов. То же самое касается и Объединённых Арабских Эмиратов, объявивших об инвестициях в размере 1,4 триллиона долларов в сферу искусственного интеллекта, то есть в американскую экономику, хотя сами они не способны произвести даже иголку. Их правители направляют свои средства на роскошь, строительство гостиниц, всевозможные пустяки, а также на закупку вооружений, используемых для обслуживания британского влияния в Йемене, Судане и других странах.
Иными словами, администрация Трампа во главе с самим президентом стремится извлекать деньги из нефтедобывающих государств Персидского залива. Она также намерена получать прибыль за счёт международных проектов, побуждая других вкладывать в них средства, а затем присваивая основную выгоду себе. Среди таких проектов — превращение Газы в туристический курорт, установление контроля над управлением Панамским каналом, требования установить контроль над Гренландией, принадлежащей Дании, из-за находящихся там редкоземельных минералов, давление на Саудовскую Аравию с целью заставить её нанести удар по британским агентам на юге Йемена и установить контроль над Хадрамаутом с его редкоземельными ресурсами, требование к Украине подписать соглашения, по которым Америка получает украинское минеральное сырьё в обмен на вооружение, поставленное ещё администрацией Байдена, требования вернуть американское вооружение, которое пришлось оставить при выводе войск из Афганистана, требование к Кабулу вновь передать США контроль над авиабазой Баграм, в которую Америка вложила огромные средства во время оккупации, требование Трампа установить совместный с Ираном контроль над Ормузским проливом и получать доходы от взимания проходных сборов, а также развязывание войны против Ирана с целью превратить его в зависимое государство, подобное Саудовской Аравии, и облегчить американским нефтегазовым компаниям контроль над иранскими нефтью и газом.
К этому следует добавить его действия против Венесуэлы, арест её президента и заявление о намерении установить контроль над её нефтяными ресурсами, а также постоянные требования к государствам Персидского залива и другим странам мира платить за американскую военную защиту.
Именно такие меры президент Трамп рассматривает как новые источники денежных потоков, которые должны наполнить финансовые артерии американского государства и обеспечить его средствами, достаточными для сохранения и финансирования своей глобальной роли.
Америка также стремится лишить своих противников экономических преимуществ. Таможенные пошлины на китайские и европейские товары ослабляют эти страны, которые получают сотни миллиардов долларов прибыли благодаря американскому рынку. Это является частью усилий США по сдерживанию подъёма Китая. Безумные же таможенные пошлины, которые Трамп ввёл против большинства стран мира, привели к серьёзной дестабилизации всей мировой экономики.
Стремясь стимулировать американский экспорт, президент Трамп требует лишить независимости Федеральную резервную систему США. Он назвал её бывшего председателя Джерома Пауэлла глупцом и добивался его досрочной отставки, поскольку тот не разделял курс президента на снижение процентных ставок (ростовщичества) в рамках политики ослабления доллара. Цель этой политики — повысить конкурентоспособность американского экспорта и одновременно снизить привлекательность американского рынка для иностранных товаров.
В Европе президент Трамп продолжил политику Байдена, которая отрезала Европу от дешёвых российских энергоносителей и всё сильнее привязывает её к американскому сжиженному природному газу — значительно более дорогому товару. Европейские страны неоднократно протестовали против высоких цен на американский газ, однако вынуждены его покупать. Это ещё больше ослабляет экономики европейских государств, которые под бременем высоких цен на энергоносители всё глубже погружаются в застой вследствие войны в Украине.
После того как президент Трамп развязал войну против Ирана, он продолжил публично упрекать Европу, добиваясь её участия в этой войне. Когда Иран перекрыл Ормузский пролив, администрация Трампа установила блокаду иранских портов, чтобы лишить Иран возможности экспортировать нефть, что ещё больше усугубило мировой энергетический кризис.
Трамп открыто заявлял, что Америка не импортирует нефть из стран Персидского залива и поэтому не страдает от закрытия пролива. Вместо этого он призывал Европу и Китай действовать под американским руководством и присоединиться к войне против Ирана ради открытия Ормузского пролива. Иными словами, Америка сама спровоцировала рост мировых цен на нефть и газ своей войной против Ирана, но при этом в принципе не возражает против требований Ирана взимать плату за проход через пролив. Она лишь стремится получить основную долю этих сборов. Однако Иран пока не согласился на это.
Что касается России, то президент США неоднократно заявлял, что способен остановить войну в Украине в течение двадцати четырёх часов. В августе 2025 года он встретился с президентом России на переговорах в Анкоридже (Аляска), где они достигли ряда договорённостей, на которые Путин до сих пор неоднократно намекает, говоря о «договорённостях Анкориджа с Трампом». Трамп намеревался навязать эти договорённости Украине, включая присоединение её восточных территорий к России. Он также потребовал предоставить Америке все экономические привилегии в Украине и направил своего министра в Киев для подписания соглашения, которое украинская сторона ещё даже не успела изучить. Трамп пришёл в ярость из-за того, что президент Украины не подписал его немедленно.
Он то заигрывал с Россией, то вновь вводил против неё дополнительные санкции. При этом Трамп хотел, чтобы Россия как можно быстрее приняла его условия. Взамен он был готов оставить ей территориальные приобретения в Украине, однако ожидал, что Россия разорвёт отношения с Китаем и присоединится к американской политике, направленной против него.
В мусульманском регионе Трамп заигрывает с правителями нефтедобывающих государств, стремясь получить их деньги. Одновременно он требует от них, а также от правителей Иордании, Ирака, Египта, Пакистана и Азербайджана координировать свои действия с еврейским образованием для сдерживания Ирана, чтобы тот согласился на «безоговорочную капитуляцию» перед американской силой. Он требует от всех мусульманских стран нормализовать отношения с еврейским образованием, оказывать ему всевозможное содействие и координировать с ним удары по любому исламскому очагу в регионе.
Он не желает, чтобы в мусульманском регионе сохранилась хоть сколько-нибудь значимая сила, которая в будущем могла бы оказаться в руках мусульман. Поэтому он не допускает ни обогащения урана в Иране, ни развития собственного ракетного производства. Он требует, чтобы Ливан вёл переговоры с еврейским образованием даже тогда, когда оно продолжает наносить удары по Ливану и убивать военнослужащих ливанской армии.
Он требует от режима Ахмеда аш-Шараа в Сирии сохранить воздушное пространство страны открытым для авиации еврейского образования, наносящей удары по Ирану, а также требует его участия в войне на ливанском направлении. Более того, он хочет, чтобы режим взял на себя борьбу с партией Ирана в Ливане вместо еврейского образования.
Он не терпит никаких исламских проявлений, исламских названий или исламской окраски. Он объявил движение «Братья-мусульмане» террористической организацией и требует, чтобы армии правителей были полностью готовы выполнять его приказы в борьбе против любой исламской угрозы. Он также отказался от поддержки курдской организации «Сирийские демократические силы» (СДС), а американский спецпредставитель Том Барак заявил, что роль этой организации завершена и что Америка передаёт эту задачу самому Ахмеду аш-Шараа.
В самой Америке иммиграционная полиция начала с особой жестокостью проводить политику Трампа, что привело к гибели даже американских граждан, не являвшихся мигрантами. Новое Ведомство по повышению эффективности государственного управления, созданное Трампом, отстранило от должностей десятки тысяч руководителей и государственных служащих за недостаточную лояльность президенту.
Он переименовал Министерство обороны («Пентагон») в Министерство войны, стремясь вселить страх в государства мира, потребовал многократно увеличить его бюджет, а его министр войны Хегсет отправил в отставку около сорока процентов высшего командного состава вооружённых сил США.
Трамп с исключительной жёсткостью атакует Демократическую партию. Он не упускает ни одного случая, чтобы не обрушиться с нападками на бывших президентов-демократов, особенно на Байдена и Обаму. Можно сказать, что Америка переживает состояние шока из-за глубины внутренних преобразований в иммиграционной политике и политики преследования политических противников Трампа, прежде всего демократов. Это касается и средств массовой информации, которые Трамп продолжает называть «лживыми СМИ».
Более того, он стремится установить культ собственной личности внутри государственных институтов. Он критикует каждого, кто осмеливается возражать ему в Республиканской партии, обвиняет их в предательстве и увольняет даже тех республиканских чиновников, которых сам же ранее назначил. Так, были отправлены в отставку министр внутренней безопасности Кристи Ноэм и генеральный прокурор Пэм Бонди. После постоянной критики со стороны Трампа, особенно после опубликованного ею доклада о том, что иранская ядерная программа не была уничтожена, ушла в отставку директор Национальной разведки Тулси Габбард. Свой пост также покинул советник по национальной безопасности Майкл Уолтц.
Любой республиканец, позволяющий себе критиковать его, также становится объектом нападок. Так произошло с его советником по национальной безопасности в первый президентский срок Джоном Болтоном, а также с журналистом Такером Карлсоном — одной из наиболее влиятельных фигур движения Трампа «MAGA» («Америка прежде всего»).
Если внимательно посмотреть на происходящее, становится очевидно, что администрация Трампа с огромным напором стремилась реализовать свои цели как внутри страны, так и за её пределами. Однако этот импульс уже начал ослабевать под воздействием роста стоимости жизни, вызванного инфляцией, а также из-за внутренних противоречий самой администрации.
Трамп способен в течение одного часа заявить одно, а затем — прямо противоположное. Он обвиняет прежних президентов США в том, что они втянули страну в затяжные войны в исламском регионе, а затем сам начинает войну против Ирана. Некоторые американцы обвиняют его в подчинении премьер-министру еврейского образования, который использует Америку для ведения собственных войн.
Работа государственных институтов США всё больше строится в атмосфере страха потерять должность при малейшем ослаблении личной преданности президенту. Даже самые близкие к нему чиновники предпочитают говорить лишь то, что он хочет услышать, опасаясь критики с его стороны. Он фактически придаёт своему положению священный характер, публикует изображения, на которых представлен рядом с пророком Исой (а.с.), постоянно подчёркивает, что именно он управляет Америкой, превозносит собственные заслуги и заявляет, что всего за короткое время после возвращения к власти в 2025 году превзошёл достижения самих отцов-основателей Соединённых Штатов.
Прежде чем перейти к рассмотрению последствий, которые неизбежно или с большой вероятностью повлечёт за собой политика администрации Трампа на международной арене, необходимо подчеркнуть несколько важных особенностей современной американской политики.
После распада Советского Союза Америка установила своё господство практически над всем миром. Однако, каким бы привлекательным ни было такое положение, оно требует колоссальных ресурсов. Когда-то Америка самоуверенно заявляла, что способна одновременно вести три войны, однако на практике оказалась не в состоянии успешно вести даже две — в Ираке и Афганистане. На протяжении многих лет ей приходилось сдерживать активность в Афганистане, чтобы сосредоточиться на Ираке. Но, выйдя из Ирака, она столкнулась с так называемым «иракским синдромом», который стал продолжением «вьетнамского синдрома». Одним из его последствий стало нежелание втягиваться в новые крупные войны.
Затем, находясь под воздействием этого синдрома, Америка осуществила унизительный вывод войск из Афганистана в 2021 году. Всё это показало, что её военных и финансовых ресурсов уже недостаточно для успешного ведения двух крупных войн одновременно. А когда эти войны завершились, страну начали душить огромные государственные долги, и ей пришлось искать иные способы сохранения своего мирового положения.
Когда администрация Трампа провозгласила в своей Стратегии национальной безопасности, что Соединённые Штаты больше не намерены вмешиваться во все уголки мира и будут выбирать лишь отдельные направления, это стало явным признаком отказа от контроля над частью регионов и их добровольного вывода из сферы американской гегемонии. Более того, это стало первым шагом на пути к изоляции и постепенному отступлению. Когда же администрация Трампа провела стремительную операцию в Венесуэле, арестовала её президента, вытеснила китайские компании из управления Панамским каналом, начала угрожать похищением президента Кубы и объявила Западное полушарие главным внешнеполитическим приоритетом, стало ещё очевиднее, что Америка стремится прежде всего укрепить свои ближайшие рубежи.
С другой стороны, в новых условиях американской политики внутренний раскол в самих Соединённых Штатах мешает направлять ресурсы страны на успешное проведение внешней политики. Говоря о войне против Ирана, президент Трамп утверждает, что демократы не желают победы Америки лишь потому, что эта победа будет записана на его счёт. Ранее влияние самого Трампа и его окружения на Саудовскую Аравию также серьёзно осложняло политику администрации Байдена в отношении королевства.
Этот внутренний раскол привёл к тому, что каждая из двух политических сил Америки стала использовать своё международное влияние для противодействия другой. Поэтому европейцы ожидают возвращения демократов к власти, тогда как Россия приветствует приход республиканцев и администрации Трампа. То же самое наблюдается и среди американских союзников и зависимых режимов в мусульманском регионе. Если Саудовская Аравия, Турция Эрдогана и правые партии, находящиеся у власти в еврейском образовании, чувствуют себя значительно увереннее при администрации Трампа, который открыто демонстрирует им своё расположение, то египетский режим, напротив, тяготится властью республиканцев, отводящих ему второстепенную роль.
Это означает, что международное влияние Америки постепенно раскалывается на два самостоятельных направления — демократическое и республиканское, — что ослабляет американскую внешнюю политику и подрывает любые успехи, которых стремится добиться администрация Трампа.
С другой стороны, внутренняя мощь Америки, которая на внешней арене проявляется в силе её политиков и генералов, ослабляется проводимой администрацией Трампа кампанией по чистке государственных учреждений от сторонников Демократической партии. Тем самым ослабляется и влияние Америки за рубежом, поскольку она лишается политического и военного опыта своих высокопоставленных руководителей.
Диктаторские замашки президента Трампа и его стремление к тому, чтобы все его сторонники и чиновники безоговорочно превозносили его, также ослабляют позиции Америки на международной арене. Трамп требует, чтобы все выступали единым сплочённым строем в поддержку заявлений президента, хотя многие из этих заявлений противоречат друг другу. Доходит до того, что пресс-секретарь Белого дома вынуждена объяснять: «Такого президента избрал американский народ».
Трамп стремится подчинить государство и его стратегию своим прихотям и мании величия. Он хочет стоять выше закона, добивается для себя третьего президентского срока, а на высшие государственные должности в Америке назначает своих родственников, родственников по браку и приближённых. Наиболее заметные среди них — Кушнер, Баррак и Уиткофф, хотя им недостаёт опыта для выполнения возложенных на них обязанностей.
Будучи человеком, пришедшим из сферы бизнеса, Трамп считает богатство и деньги главным критерием оценки людей как внутри Америки, так и за её пределами. Именно поэтому он стремится заручиться расположением крупнейших богачей, среди которых — Илон Маск, которого он поставил во главе Ведомства по повышению эффективности государственного управления. Возглавив это ведомство, Маск уволил ряд высокопоставленных чиновников и заменил их своими людьми.
Впоследствии Илон Маск начал почти открыто критиковать налоговую политику Трампа, а в СМИ появились сообщения о конфликте между ними ещё до того, как Маск по собственной инициативе покинул этот пост. При этом Трамп не смог обращаться с Маском так же, как с другими своими критиками, поскольку Илон Маск богаче его, и Трамп чувствует своё превосходство перед ним утраченным. Поэтому он почти целый год позволял Маску делать с государственным аппаратом всё, что тот считал нужным, пока Маск не стал богатейшим человеком в мире, обладая фантастическим состоянием, достигшим одного триллиона долларов, и не вошёл в историю как первый в мире триллионер.
Этот новый курс американской политики означает, что администрация Трампа приступает к реализации своих международных целей, будучи внутренне ослабленной. Однако нынешняя динамика её действий пока ещё скрывает эту слабость. Но как только этот импульс иссякнет, её слабость станет очевидной как день.
Президент США Трамп проводит внешнюю политику своей страны, не признавая никаких правовых ограничений и не считаясь ни с какими политическими или дипломатическими нормами. Так, потребовав от стран НАТО выполнять свои финансовые обязательства и увеличить военные расходы, он пригрозил тем государствам, которые не выполнят этих обязательств, тем, что им придётся иметь дело с президентом России Путиным. Тем самым он фактически использовал президента России как средство давления на союзников по НАТО, хотя прежде он рассматривался как общий противник всех стран альянса.
Он неоднократно публично отчитывал европейских лидеров и начал переговоры с Россией по украинскому вопросу, совершенно не считаясь с Европой, хотя первоначально американское вмешательство в европейские дела объяснялось поддержкой европейских союзников и стремлением не допустить дальнейшего продвижения России вглубь Европы с востока. Создаётся впечатление, что высокомерие президента Трампа заставляет его считать: слабая Европа, зависящая от американского военного зонтика, в конечном счёте обязана подчиниться воле Вашингтона.
Однако европейские государства не подчинились этой воле. Они начали открыто выступать против Вашингтона, отвергать его подход к урегулированию украинского кризиса и побуждать президента Украины противостоять американскому давлению. В итоге Украина — так же, как и Европа, — стала всё больше сомневаться в политике администрации Трампа. Она, подобно европейским государствам, отвергла американские планы урегулирования украинского конфликта и всё больше стала вести себя как самостоятельное европейское государство. В ответ Трамп обрушился на неё с обвинениями в неблагодарности, заявляя, что она не ценит оказанную Америкой военную и финансовую помощь. После того как США развязали войну против Ирана, европейские страны ещё сильнее усилили своё противодействие Вашингтону, и администрация Трампа стала выглядеть так, будто именно она привела Америку к утрате её традиционных союзников.
Хотя администрация Трампа предлагала варианты урегулирования украинского конфликта — причём такие, которые отвечали интересам России, поскольку главной целью Америки было оторвать Россию от Китая, а Трамп ошибочно полагал, что этого можно быстро добиться, — Россия, сначала приветствовавшая усилия администрации Трампа по украинскому вопросу и одобрявшая оттеснение Европы, то есть возникновение раскола внутри западного лагеря, впоследствии поняла, что американское решение украинской проблемы не имеет для неё никакой ценности, пока европейские государства продолжают поддерживать украинскую армию. Поэтому Москва стала требовать от Трампа выработки всеобъемлющего урегулирования украинского кризиса.
Когда же администрация Трампа по необходимости попыталась в определённой степени пойти навстречу европейским государствам и выдвинула России требования, в том числе о прекращении Путиным войны, Москва отвергла эти требования, а Трамп объявил о введении новых санкций против России. Тем самым администрация Трампа потерпела неудачу и в попытке склонить Россию на свою сторону, уже утратив значительную часть своих позиций в Европе и в Украине.
И хотя война в Украине ещё не завершилась, уже сейчас очевидно, что Америка терпит потери на обоих направлениях. С европейской стороны государства Европы всё настойчивее заявляют о необходимости создания собственной силы, независимой от американской. С российской же стороны президент Путин спустя несколько дней после визита туда президента Трампа посетил Пекин, ясно дав понять Китаю, что стратегическое партнёрство между двумя странами сохраняется. Иными словами, Россия не сделала ни единого шага в сторону разрыва отношений с Китаем.
К сказанному следует добавить, что президент США проводит политику, полностью отвергающую все политические нормы. Помимо того что он позволяет себе оскорблять руководителей государств, особенно союзников собственной страны, он стремится отторгнуть Гренландию у союзной Дании и присоединить её к Соединённым Штатам, заявляет, что Канада должна стать пятьдесят первым штатом Америки, похищает президента суверенного государства Венесуэлы, поддерживает еврейское образование в преступлениях, от которых содрогается всё человечество, совершаемых в Газе, Ливане и других местах, выводит США из климатических соглашений и международных организаций, а также вводит санкции против Международного уголовного суда.
Америка также выходит из климатических соглашений и других международных организаций, а затем вводит санкции против Международного уголовного суда за решение выдать ордер на арест Нетаньяху. Всё это Трамп делает с демонстративной дерзостью и высокомерием, что приводит так называемый международный порядок в состояние глубокого потрясения и вновь напоминает государствам о законе джунглей, где сильный пожирает слабого. Тем самым Америка лишается своего морального влияния, или так называемой «мягкой силы», которой она пользовалась, изображая из себя защитницу демократии, прав человека и международного права. Именно этот образ позволил ей в 1991 году сплотить вокруг себя более тридцати государств для изгнания Ирака из Кувейта, а затем — для ведения войны против Ислама, которую она назвала «войной с терроризмом».
В конечном счёте безудержный напор, с которым действует президент Трамп, приводит к прямо противоположным результатам: Америка теряет своих союзников на международной арене, её политика вызывает всё больше сомнений, и вместо укрепления своих позиций она постепенно утрачивает международное влияние.
Продолжение следует…
