Каждый призыв имеет своих приверженцев, подобные им – приверженцы нашего призыва

Гъулам Собир

Он был самым активным в призыве среди ребят Хизба и первым арестованным в Узбекистане. Подвергся зверскому издевательству от рук правоохранительных органов преступного режима, а затем был приговорен к 16 годам лишению свободы по обвинению в покушении на конституционный строй Узбекистана. С того времени правительство и службы безопасности Узбекистана начали арестовывать ребят. Со временем давления и репрессии ужесточились, а выносимые сроки лишения свобод были от 10 до 20 лет.

وَمَا نَقَمُوا مِنْهُمْ إِلَّا أَن يُؤْمِنُوا بِاللَّهِ الْعَزِيزِ الْحَمِيدِ

 «Они вымещали им только за то, что те уверовали в Аллаха Могущественного, Достохвального» (85:8)

.
С того времени работники правоохранительных органов и служб безопасности Узбекистана принялись арестовывать ребят там, где застанут их: в домах, рабочих местах, школах, институтах, университетах, просветительных кружках (халакатах), на улицах и в мечетях, когда они совершают намаз, земной (суджуд) или поясной (рукуъ) поклоны. Среди приспешников этого нацистского и фашистского режима Каримова были специальные войска национальной безопасности, единственной работой которых является послушание приказам своего преступного господина. Они являются наследниками работников КГБ вымершего государства СССР, причем превосходят своих предшественников в зверском издевательстве и допросе над заключенными с использованием всех методов, следуя ужаснейшим способам, описать которые даже язык не поворачивается. Тюрьмы были построены по специальному проекту для проведения допросов.

В них построены специальные камеры, которые насыщенны самыми изуверскими орудиями допроса. Эти тюрьмы находились в открытых и обширных пустынях на далеком расстоянии от населенного пункта, чтобы не допустить побега заключенного, или утечки информации об учиняемых издевательствах там. Одним из таких тюрем является Джаслик на пустынной равнине Джаслик. Целью этого варварского и программного издевательства было одно – это взятие с ребят признания конституции Узбекистана и правящего режима в нем, т.е. согласие с системой неверия и вероотступничество. Работники милиции жаждали этими суровыми допросами сломить волю ребят и выбить информацию, относительно Хизба, его деятельности и распространенности. А также узнать имена ответственных лиц и обычных членов Хизба, их адреса, места проведения халакатов, типографии и др. Иудей Каримов, беспощадно воюющий с Исламом, оказался настолько одержим своим садизмом, что лично просматривал допросы ребят через камеры слежения, чтобы получить наслаждение этими зрелищами, и испустить жар своего садизма. Смешно и скорбно то, что этот поклонник сатаны не стесняется претендовать на веру. Он не отличается от остальных правителей, которые соответствуют словам поэта:

Испытаны мы повелителем

Творит беззаконие, а затем превозносит хвалу Господу

Он словно среди нас мясник

Поминает имя Аллаха, а затем закалывает (животное).

Враг Аллаха, Его Посланника (с.а.с.), Его религии и верующих, стремился и стремится через свои издевательства над ребятами Хизб-ут-Тахрир сломить их волю. Поскольку он знает, что они единственные, которые противостоят его тирании и беззаконии.

Каримов возомнил, что он изменит все исламские проявления и все мировоззренческие идеи в Узбекистане. Поэтому он усердно пытается упразднить все исламские символы, как ношение головного платка женщинами (хиджаб), бороды для молодых людей, собирание в мечетях, заполнение мечетей соблюдающими прихожанами. Когда он столкнулся с несогласием и противостоянием ребят Хизб-ут-Тахрир, он настоял на устранении их и применении самых суровых мер гонений, наказания, тюремного заключения и смертной казни. Он думал, что это заставит их сдаться, убежать или воздержаться от своей работы. Однако, хвала Аллаху, он встретил то, что эти ребята решительно поклялись противостоять ему с непоколебимыми сердцами и твердой верой. И, несмотря на все беды, которые постигли их, они не изменили и не отступились, веря в то, что их исход у Всевышнего Аллаха, по воле Аллаха. Каждый из них уверен в обещании Всевышнего Аллаха о том, что Каримов и его режим, а также все несправедливые и беззаконные режимы обречены на то, что постигло Ад, Самуд и фараона.

Всевышний говорит:

أَلَمْ تَرَ كَيْفَ فَعَلَ رَبُّكَ بِعَادٍ ٦ إِرَمَ ذَاتِ الْعِمَادِ ٧ الَّتِي لَمْ يُخْلَقْ مِثْلُهَا فِي الْبِلَادِ ٨ وَثَمُودَ الَّذِينَ جَابُوا الصَّخْرَ بِالْوَادِ ٩ وَفِرْعَوْنَ ذِي الْأَوْتَادِ ١٠ الَّذِينَ طَغَوْا فِي الْبِلَادِ ١١ فَأَكْثَرُوا فِيهَا الْفَسَادَ ١٢ فَصَبَّ عَلَيْهِمْ رَبُّكَ سَوْطَ عَذَابٍ ١٣

«Неужели ты не видел, как твой Господь поступил с адитами, народом Ирама, который был подобен колоннам, подобных которому не было создано на земле? С самудянами, которые рассекали скалы в лощине? С Фараоном, владыкой кольев? Они преступали границы дозволенного на земле и распространяли на ней много нечестия. Тогда твой Господь пролил на них бич мучений» (89:6-13).

Хафизуллах

Один из активных ребят Хизб-ут-Тахрир в Узбекистане. Образованный и эрудированный юноша из семьи ученых. Был одним из продвинутых учеников шейха Абдульвалий аль-Къари (который был тайно арестован в 1995 году работниками служб национальной безопасности, как лидер ваххабитского движения в Андижане, и бесследно пропал, а его движение было окончательно ликвидировано). Хафизуллах сразу согласился изучать просвещение Хизб-ут-Тахрир, которое раз за разом все больше убеждало его. Он осознал то, что нынешней судьбоносной проблемой мусульман является возобновление исламской жизни путем установления Праведного Халифата по методу пророчества.

Затем примкнул к Хизбу с большим рвением, и принялся активно участвовать в идейных и политических делах Хизба, став одним из ведущих ребят. Это встревожило приспешников Каримова, которые пристально начали следить за ним, учитывая его влияние на общество. Они назвали его одним из главных врагов, представляющих чрезвычайную опасность узбекскому правительству. После серьезных и длительных преследований службы национальной безопасности смогли задержать его. В ходе допроса над ним они зверски избили его и жестоко мучили, а затем приговорили к 20 годам лишения свободы. Затем после приговора и проведения небольшого срока тюремного заключения они вновь подвергли его серии невиданных издевательств, которых даже трудно представить, чтобы только сломить его волю и решительность, и заставить отречься от своей веры.

Однако, все произошло иначе, они заметили то, что его вера крепнет с неимоверной силой, а воля и нервы пропитывались небывалой мощью и стойкостью. Тот же, кто исполнял серию допросов, был лишен элементарных чувств гуманизма. Большинство работников были такие же, и поэтому не понимали смысл данного терпения и той веры, напротив, приходили в ярость и бешенство от этого и ужесточали свои издевательства над ним. Кто же имел хоть немного веры и человечности среди них, а их единицы, не мог не заметить это, а напротив, попал под влияние и был весьма впечатлен, убедившись в том, что волю ребят Хизба невозможно сломить, как и нельзя подчинить себе.

Одним из таких был смотритель тюрьмы, который прекрасно знал о том, какие виды насилия и мучения переносят ребята Хизба от рук приспешников Каримова, но при этом был свидетелем могущества терпения и протяженности их твердости. Когда он заметил то, что наказания и мучения, которым подвергали Хафизуллаха, не убавили его стойкости, а также то, с какой верой, терпением, силой и отважностью он переносил их, он был потрясен и оказался в замешательстве. В один из дней он тайно вошел в изолированную тюремную камеру Хафизуллаха и поздоровался с ним в теплых объятиях, затем шепотом и чуть плача сказал: «О герой! Я хочу, чтобы мой сын стал таким как ты, когда вырастет».

О Аллах ты хранитель. Твой раб Хафизуллах находится под гнетом. Покарай того, что угнетает и издевается над ним. Поистине, Ты лучший из хранителей, и самый Милостивый из милостивых.

Мухаммад из Ташкента

Существуют множество удивительных эпизодов, приводящих в восторг и к размышлению над огромным величием и мудрой волей Аллаха. Одним из этих эпизодов является юноша из ребят Хизб-ут-Тахрир по имени Мухаммад. Он болел опасным хроническим заболеванием, вдобавок к этому в ходе гонений он переломал себе стопу. Он был вынужден пойти в больницу для проведения операции, уповая на Аллаха. При этом хирурги не зная, что правительство объявило его в розыск, провели операцию. Сразу после операции, работники службы безопасности государства узнали о его поступлении в больницу, и о его операции, и начали разрабатывать план по его задержанию. Лишь по милости Аллаха Мухаммад узнал об этом и был вынужден оставить лечение и больницу, несмотря на то, что швы на его ране не зарубцевались.

С помощью Аллаха ему удалось ускользнуть от них. Однако, работники милиции не прекратили преследовать его по всей стране, устраивая обыск в домах его родственников и знакомых, а затем забирая их на милицейские участки для проведения допросов без предъявления каких-либо официальных повесток. Там оказывали на них давление и избивали некоторых из них, угрожая им обвинением в сокрытии преступления. Мухаммед скрытно перемещался по родственникам, боясь, что их обвинят в сокрытии преступления. В один из дней начальник специального отдела уголовного розыска по преследованию Мухаммада узнал о том доме, где он укрывается. Вместе с особым подразделением уголовного розыска он ворвался в дом, когда Мухаммад совершал малое омовение для полуденного намаза при помощи одного из ребят.

Дом сотрясался от шума, и парень сразу вышел из комнаты, чтобы посмотреть, что происходит. Но его задержал начальник подразделения и начал допрашивать его, спрашивая о хромом Мухаммаде. Брат не выдал им место нахождения Мухаммада. Начальник надел наручники на его руки, завел в машину и повез в следственное отделение, чтобы продолжить допрос, а обыск дома приказал продолжить. В это время Мухаммад сидел в комнате, и, услышав все произошедшее, начал читать последние две суры из Корана и молить своего Господа о том, чтобы он помог ему и укрепил его веру и стойкость перед этими каримовскими палачами. Он стал ожидать, когда они войдут в его комнату, после обыска всех остальных комнат, одну за другой. Он был почти уверен, что на этот раз ему не получится ускользнуть от них, что настал час его ареста.

Он думал, что с этого момента Аллах начнет его испытывать арестом, допросом и издевательствами тюремных работников, о которых он знал и много слышал от своих братьев из Хизба, заключенных в тюрьмах Узбекистана. Однако произошло великое свершение, свидетельствующее об огромном величии и необъятной помощи Аллаха. Милиционер осмотрел дом, но не нашел Мухаммеда, затем приблизился к комнате, где на кровати сидел Мухаммад. Дверь комнаты была приоткрыта, он подошел и открыл двери до конца, и, не заходя в комнату, прошелся взглядом по ней, не заметив его.

Возможно, он был уверен заранее, что в комнате нет никого, т.к. видел, что дверь открыта. Как бы там ни было, он повернулся и вышел на улицу. Однако Мухаммад сначала ничего не понял и подумал, что милиционер вышел, чтобы оповестить свой отряд о том, что он нашел Мухаммада. Он ожидал того момента, когда они вот-вот должны вломиться в комнату и связать его, чтобы повести в СИЗО на допрос, а затем в тюрьму. Предположения Мухаммада оказались неверными и ничего подобного не произошло. Несмотря на то, что он услышал шум мотора и движение милицейских машин и почувствовал то, что они удалились от улицы того дома, он продолжал сидеть в удивленном состоянии. Затем понял, что Аллах спас его от них и увел их взгляд от него. Вся хвала Аллаху всегда и навеки.

Аллах! Храни его и не прекращай одаривать его милостью защиты. Заполни его сердце верой и мудростью, и осчастливь его исход.

Шахид Нуъман (да смилуется над ним Аллах)

Среди ребят Хизб-ут-Тахрир есть шахиды, по дозволению Всевышнего Аллаха. Их подвиги служат идеалами доблести и примером подражания в призыве, которые повествуют о легендарных позициях мужчины в противостоянии деспотическому режиму Каримова (проклятие Аллаха над ним). Несомненно, эти мужественные позиции оставляют за собой лишь светлые страницы.

Служащие национальной безопасности под управлением Каримова внесли Нуъмана в первую строчку списка врагов режима и поклялись всеми своими усилиями покончить с его активностью в политической сфере либо путем заключением под стражу, либо путем выдворения его страны, как политического беженца, либо путем убийства его. Поскольку они приходили в крайнее бешенство от его дел в сфере призыва вместе с Хизбом. Он приводил новобранцев в ряды Хизба, формировал из них просветительные кружки (халакаты), расширял деятельность путем образования новых местных комитетов работы и раздавал прокламации вместе с ребятами Хизба.

Причем открыто, и в бросающем вызов виде режиму и работникам национальной безопасности, которые преследовали за менее вызывающее поведение, не говоря уже о таком уровне вызова. Более того, он приводил в восхищение политиков, госслужащих и депутатов правительственного совета, когда приходил к ним и обсуждал с ними темы призыва со всей храбростью, призывая их к Аллаху всей искренностью. И это несмотря на то, что он подвергался гонению со стороны правящего режима и был объявлен в розыск по обвинению в терроризме. А это значит, что он не мог ночевать в своем доме, за которым постоянно велся надзор. К тому же по улицам были развешаны его фотографии.

Одним из подвигов шахида, свидетельствующих о его смелости и стойкости в истине, явилось то, как однажды он вошел в здание министерства внутренних дел и дал прокламацию Хизба водителю министра, сказав: «Передай своему хозяину и вышестоящим и нижестоящим его палачам, что деспотия тиранов и смута обольщенных не сломит ребят Хизб-ут-Тахрир. Цыплят по осени считают. Если вы не прекратите подчиняться своему президенту, этому безродному иудею, до того, как выйдет время, то государство Халифат, которое будет установлено завтра, по дозволению Аллаха, сведет счеты с теми, кто угнетал, причинял боли и убивал мусульман и выдворял их из своих домов». Несомненно, когда министр внутренних дел услышал это, а от него услышал и сам Каримов, их охватило бешенство и страх за свое черное будущее, которое их ожидает.

Другим подтверждением величия милости и защиты Всевышнего Аллаха Нуъману явилось то, что как-то служащие правоохранительных органов и национальной безопасности после длительных и непрерывных разведок узнали, что Нуъман зашел на определенную улицу для проведения партийного просветительского кружка (халака). Они оцепили улицу со всех сторон, и когда Нуъман освободился от халака и вышел на улицу, то почувствовал, что он попал в засаду, от которой невозможно уйти. Перед ним не оставалось ничего, кроме упования на Аллаха и смелого шага вперед в сторону работников национальной безопасности вместо бесполезного побега. Начало и конец улицы были заблокированы вооруженными работниками правоохранительных органов в гражданской одежде, их машины закрывали проходы настолько, что вряд ли какая-нибудь машина смогла бы проскочить через них.

Ведь они днем и ночью мечтали поймать Нуъмана. Среди них Нуъман увидел одного знакомого ему милиционера, и смело направился в его сторону, не сводя взгляда с его глаз. Милиционер замер на своем месте, впав в шоковое состояние, а пальцы рук задрожали от страха. Нуъману удалось с легкостью выйти через его сторону из оцепленной улицы на шоссе, где он остановил такси и уехал. Другие так и не заметили произошедшее. Непоколебимое упование на Аллаха Нуъмана, решительные шаги, мудрое ведение дел и политическая сознательность и на этот раз досадили этим прислужникам.

После многократных попыток, целенаправленных на задержание Нуъмана, и их провала, Каримов и его прислужники просто озверели и прибегли к другому способу, который имеется, обыкновенно, у вероломных нечестивых низких трусов. Они арестовали жену Нуъмана без всякого обвинения и заключили её в тюремный подвал, наполнив его водой. Они взяли её в качестве заложницы, чтобы Нуъман выдал им себя, сказав: «Если Нуъман мужчина, пусть пожертвует самим собой ради спасения жены».

Когда Нуъман узнал об этом мерзком поступке, он не смог сдерживать себя и направился в город в центральный милицейский участок, чтобы сдать себя. Никто из ребят не мог его переубедить и отказаться от этого, кроме его близкого друга Хафизуллаха, который загородив ему путь, крепко обнял за шею, чтобы не дать ему идти. Умоляя его, он сказал ему: «О любимый брат! Не иди, не сдавай себя им. Они хотят этим мерзким поступком лишь заполучить тебя, а затем и других ребят. Поверь, они применят этот омерзительный способ против других наших братьев, если сдашь себя им, чтобы вывести свою жену из их когтей». Нуъман ответил: «О брат! Ведь там моя жена одна, просит спасти её». «О брат, любимый! Не говори так – сказал Хафизуллах и с глаз его покатились слезы – твоя жена, которую взяли в заложники не одна. С ней Всевышний Аллах, помогает ей терпением и верой». Друзья обнялись друг другом и, не удержавшись, горько зарыдали.

Да, Нуъман не сдал себя трусам, и Аллах укрепил его жену терпением и верой. Прислужники отпустили её, осознав очевидный провал этого их омерзительного способа в аресте Нуъмана и других ребят.

Спустя два года Нуъмана арестовали прислужники, развернув широкомасштабную розыскную компанию с целью массовой ликвидации Хизба и его ребят, согласно терминологии деспотии в Ташкентской области. Они очень жестоко избивали его подряд три дня и три ночи, нанося самые ужаснейшие виды телесного насилия, а затем убили его. Да сокрушит их Аллах в самое скорое время, показывая тем самым любовь и победу этой религии. По дозволению Аллаха, Нуъман ушел из этой жизни шахидом и отправился к своему Высшему приятелю, очистившись от нечистот ближайшей жизни и получив прелести садов Рая, по воле Аллаха.

Подобные Нуъману личности не умирают. Для нас он шахид перед Аллахом, и мы не жалуемся на Аллаха за утрату. В этой жизни он жив в воспоминаниях о нем и его позициях, которые воодушевляют других ребят.

О Аллах! Ты любишь шахидов, так вознеси Нуъмана на почетную степень, и сделай его господином шахидов в Последующей жизни! Аминь!

Шахид Осман Хамракулов (да смилуется над ним Аллах)

Родился шахид в городе Карасу в 1952 году. Окончил общеобразовательную школу в этом городе, затем поступил на службу в вооруженные силы, где и начал ощущать гнет и бесчинство неверующих учиняемый мусульманам. Именно это подтолкнуло его к размышлению о пути избавления мусульман от господства и империализма неверующих. По завершению военной службы он получил диплом, который позволял ему обучать вождению автомобиля и был назначен преподавателем в этом учебном заведении. Он превосходно освоил русский язык, а его размышление над спасением мусульман толкнуло к занятию политикой.

Он начал читать книги на русском языке о политике и политических организациях. В то время самые актуальные книги издавались на русском языке. Уже тогда он понимал, что мусульман можно вывести из такого бедственного положения только политическим методом, политической идеей и борьбой. Его попытки основать исламскую партию, которая должна была бы заниматься политикой, заканчивались неуспехом. Поскольку он не видел, как можно осуществить это в силу своего незнания исламского просвещения и арабского языка, который помог бы ему понимать Коран, Сунну и шариатское право. На протяжении десяти лет он посещал улемов и имамов, предлагая им учреждение политической исламской партии, но никто не отзывался на его предложения. При всем этом, он охотно следил за политикой, в частности за международной политикой, понимал происходящие события и огорчался от такого положения мусульман.

В один из дней, его посетил один из ребят Хизб-ут-Тахрир и призвал его к деятельности. Он сразу же согласился и воздал хвалу Аллаху за то, что Он направил его к тому, что он искал на протяжении долгих лет. Так он начал получать уроки в халакатах (просветительных кружках) Хизба с большим желанием и полным успокоением за то, что нашел тот единственный верный путь, который приведет к спасению всей исламской уммы от всех форм гнета и деспотии. Автор этих строк о шахиде Османе Хамракулове рассказывает: «Однажды он попросил от своего мушрифа (ведущего просветительного кружка) организовать встречу со мной, и я встретился с ним. Я никогда не видел более унылого и обиженного человека, чем он. Когда я его спросил о причине его грусти, он ответил мне, что он слышал о том, что Хизб-ут-Тахрир принимает в свои ряды только молодых, а он уже в преклонном возрасте. Но не упомянул того, от кого услышал это.

Я пояснил ему, что каждый человек может вступить в партию, а то, что он услышал, означает, что каждый вступивший в Хизб человек становится шаббом (парнем), даже если в преклонном возрасте». Когда он понял это, его лицо засияло словно луна. Я не видел более радостного человека, обрадовавшегося от услышанного, чем он, что даже заплакал от радости. Он никогда не отставал от халакатов, и не опаздывал на них, с самого вхождения в ряды Хизба, равно по уважительной или неуважительной причине. Шахид сам представлял умму в свете доблести, рвения и правдивого слова, не боясь ради Аллаха всяких упреков.

Шахид был пылающей свечой в деле возобновления исламской жизни путем установления Праведного Халифата, в частности в политической сфере, а также в своем просвещении, противоборстве и борьбе. Его политические анализы были очень близки с анализами руководства Хизба. Шахид жил бедной и набожной жизнью, имел слабое здоровье, которое не позволяло ему заниматься тяжелыми работами. Несмотря на это, он не жаловался и никто не ощущал от него, что его здоровье неважное. В один из дней, один из ребят купил ему ксерокопировальный аппарат, чтобы он работал и добывал свой жизненный удел. Однако он не согласился, сказав: «Я не хочу копировать даже один документ, в котором несправедливость в отношении мусульман».

После покушения на узбекского президента 16 февраля 1999 г., ответственность за которое главный тиран Каримов возложил на Хизб-ут-Тахрир, каримовские деспоты стали массово арестовывать ребят Хизб-ут-Тахрир, и задержали активного и богобоязненного мушрифа шахида Османа. Это сильно повлияло на него. И в результате этого он перестал смеяться, есть и пить, за исключением того, чтобы удовлетворить свои первостепенные потребности, говоря: «Как мы можем наедаться, напиваться и смеяться, когда наши братья и мушрифы в тюрьмах подвергаются мукам?». Единственной заботой его стал призыв и только. В 2001 году шахид был арестован и приговорен к шестнадцати годам лишения свободы с отбыванием в тюремном заключении строгого режима.

Его подвергали всем видам самого жестокого издевательства, требуя от него отказаться от Хизба и попросить у Каримова помилование. Однако шахид отказывался и переносил мучения с терпением и стойкостью. Звери в милиционерских одеждах сломали его ребра и истязались над ним при помощи электротока. 12 марта 2001 году они убили его в Ташкентской тюрьме после многократного издевательства над ним посредством электрического стула. Даже сами милицейские нелюди (тираны) заявили, что никогда не видели более терпеливого, отважного и стойкого человека, чем он. Его тело находилось у них пять дней, а на улице стояла жара, и когда мы получили весть о его гибели, некоторые из нас подумали, что жаркая погода может повлиять на его чистое тело в течение этих дней.

Расстояние между Ташкентом и его городом составляет пятьсот километров. Тысячи мусульман, и среди них ребята Хизба ожидали прибытия его чистого тела, которое доставили до дома лишь в предвечернее время. Когда увидели его, то были поражены: он словно не умерший, а просто спит. Его лицо, как луна, цвет кожи розовый, не как у мертвеца. С его лба выступал пот, а от него веяло приятным запахом алой розы. Все пришедшие на похороны были сильно впечатлены увиденным. Даже своею смертью он преподал неописуемую проповедь людям. На похоронах выступили с красноречивой и поучительной речью хатибы, имамы и ребята, вспомнив некоторые его подвиги. Затем под возгласы «Аллаху Акбар, Аллаху Акбар» предали чистое тело шахида земле. Когда милиционеры услышали такбиры (эти возгласы), они все бросились бежать с этого места. В кармане шахида ребята нашли футляр для очков, на крышке которого было написано: «Довольно нам Аллаха – лучший покровитель, лучший хранитель и лучший помощник».

Госпожа носительница призыва Саадатхон (да смилуется над ней Аллах)

Родилась она в 1935 году и имела восемь детей, которых она достойно воспитала согласно тем знаниям, которыми она обладала. Узнав о том, что Хизб-ут-Тахрир призывает людей к Исламу и обучает их на своих халакатах (просветительных кружках), она решила посещать со своими детьми халакаты. Её сильно впечатлил призыв. Она с большим желанием приняла все идеи Хизба, и когда созрела в своем просвещении, вступила в ряды Хизб-ут-Тахрир. Это стало причиной всестороннего изменения её жизни и жизни её детей, которые также, все семеро, вступили в ряды Хизба. Один из её сыновей был накъыбом (местным руководителем), и одна из дочерей была также накъыбом (местным руководителем) женского крыла. Таким образом, только одна её семья представляла собой малую партию.

Все семейные заседания проходили как ежемесячный халакат (просветительный кружок), все разговоры между собой вращались вокруг концепций и идей Хизб-ут-Тахрир. Внезапно Саадатхон заболела настолько, что её ноги оказались парализованными, и она не могла ходить. Но, несмотря на это, она постоянно отчитывала своих детей и побуждала их к призыву и целенаправленному посещению людей. Как и отправляла своих внучек к женщинам, чтобы позвать их в гости, они навещали её, и она вербовала и формировала из их числа халакаты (просветительные кружки). Своим детям говорила: «Если бы мои ноги поправились и стали как ваши, я не отдыхала бы и не сидела в одном месте, напротив, посещала бы людей и призывала их». Каждую неделю она собирала своих детей у себя и спрашивала об обязательствах, укрепляла и вдохновляла их к призыву, наставляя их к соблюдению истины и призыва к ней, а также побуждала не бояться несправедливости тирана и упрека всякого хулителя.

В 1999 году, после развертывания зверской кампании деспота Каримова против ребят Хизб-ут-Тахрир, каримовские палачи арестовали её сына и приговорили к четырнадцати годам тюремного заключения. Он проявил стойкость и с терпением перенес мучительные истязания. Затем арестовали её дочь. Однажды, эта её дочь пошла в суд со своим маленьким сыном, чтобы присутствовать на судебном процессе. В ходе судебного процесса один из работников правоохранительных органов спросил её, зачем она привела своего маленького сына, на что она ответила: «Я привела его специально, чтобы он знал несправедливых и тиранов, и когда вырастет пусть возьмет с них возмездие».

Саадатхон была смелой в призыве, в высказывании истины и противостоянии несправедливым людям. Все её дети были известны как редкие доблестные и честные личности не только в городе, но также по всей стране. Её дочь приговорили к тюремному заключению. Она проявила небывалую стойкость и выносливость, словно непреодолимая гора. Такую стойкость редко повстречаешь среди героев. В то время как она пребывала в тюрьме, её дети находились рядом с их бабушкой, которых она воспитала доблестными героями и воинами. Они унаследовали от неё те идеи и чувства, которые побуждают людей к соблюдению Ислама, противостоянию тиранам и жизни в качестве носителей призыва. Когда они говорили в мечетях то, чему обучила их бабушка, люди собирались вокруг них и с восхищением слушали их.

Саадатхон не разочаровалась в истине и не ослабела, напротив, её жизнь стала образцом отважности, честности перед лицом тиранов. Ушла из этой жизни Саадотхон, оставив после себя героических сыновей, дочерей и внуков. Её глаза так и не смогли возрадоваться видению установления Халифата. Дай Аллах, чтобы её живущие дети и внуки стали носителями знамени Халифата, жителями его правления и носителями его послания всему миру.

Госпожа носительница призыва Инабатхон (да смилуется над ней Аллах)

Родилась она в 1939 году, имела пять дочерей и двух сыновей. Её муж умер, когда её дети были маленькими. Я знал её детей с самого детства, потому что её старший сын был моим лучшим другом. Мать сама воспитывала всех детей исламским воспитанием, несмотря на давление, дезинформацию и гонения, которые устраивали коммунисты за мусульманами и за каждым, кто старается воспитать своих детей исламским воспитанием. Всегда повторяла им: «Будьте терпеливы и держитесь за правду и руководствуйте прямым путем. Вам следует быть богобоязненными. Не бойтесь в деле Аллаха упрека всякого хулителя и бесчинства тирана». Наряду с воспитанием своих детей в доме она воспитывала других девочек, живущих в том же квартале, скрытно от государства. Её дом считался небольшой школой для девочек, наподобие дома аль-Аркъама Ибн аль-Аркъама. При всем этом, она ни разу не взяла оплату за свои услуги, хотя и жила в бедности. Двое её сыновей изучали арабский язык за пределами своего дома.

В начале девяностых годов минувшего века мы призвали её детей получать исламское просвещение в халакатах Хизб-ут-Тахрир. Никто из них не колебался, напротив, все сразу согласились и приступили к посещению халакатов. Затем они предложили своей матери получать знания, и она согласилась. Так она стала посещать халакаты и с большим рвением и внимание изучать исламское просвещение. Первыми в ряды Хизб-ут-Тахрир вступили её дети, затем и вступила их мама, которая активно участвовала в призыве среди женщин, а также выполняла больше того, что возлагали на неё, и давала самые большие взносы, хотя и была бедной и нуждалась в них. Иногда она отдавала половину из того, что имела.

В 1999 году, после развертывания преступной кампании деспота Каримова против ребят Хизб-ут-Тахрир, каримовские палачи арестовали старшего сына Инабатхон и приговорили к четырнадцати годам тюремного заключения. Его дети остались у матери. Палачи начали преследовать её младшего сына, вследствие чего он был вынужден бежать от них. И его дети остались с ней. Затем они начали преследовать её дочь, которая была вынуждена скрываться. Тем не менее, они арестовали её и приговорили к трем годам и шести месяцам тюремного заключения, несмотря на то, что она была беременной. В местах заключения она родила своего ребенка, но они забрали его у неё. Затем арестовали второго сына Инабатхон и приговорили к двенадцати годам тюремного заключения.

На тот момент он являлся ответственным лицом одной области. Затем арестовали жену старшего сына и приговорили к пяти годам и шести месяцам тюремного заключения. Все это время Инабатхон проявляла терпение ради Аллаха наилучшим образом, воспитывая своих внуков исламским воспитанием и призывая людей к тому, во что уверовала. Она советовала им быть правдивыми, честными и терпеливыми, говоря им: «Покоя не достичь спокойствием». Она посещала семьи арестованных ребят и вдохновляла их к стойкости. Когда я вышел из тюрьмы, она посетила меня, и я заметил, что она радуется, словно из тюрьмы вышли все её дети. После теплого приветствия, начала спрашивать меня о дополнительных партийных обязательствах, как будто вся её забота сосредоточена на Исламе и Хизбе, словно её дети не находятся за тюремными решетками. Она наставляла своих детей блюсти честность, соблюдать Ислам и слушаться амира.

Инабатхон (да смилуется над ней Аллах) покинула этот мир в шестидесяти трехлетнем возрасте. Один из знающих её людей, который не является членом Хизба, рассказывал: «На её похоронах собралась масса людей. Я не видел подобного скопления людей на похоронах. Туда пришли те, кого она посещала, либо те, кто знали её как честную женщину. Если бы озабоченность мужчин была такой, как её озабоченность, а их терпение, как её терпение, их соблюдение Ислама, как её соблюдение, их смелость, как её смелость, их бесстрашие перед лицом несправедливости диктатора и упрека всякого хулителя, как её бесстрашие, то давно был бы установлен Халифат, или вообще не был бы разрушен». Да, это правда.